— Зачем она это сделала? — спросила Зара и обняла меня, словно хотела защитить.
— О, её всегда бесило, что Затерянный континент простаивает без дела, — рассеянно махнула рукой Мия. — Неутомимая увидела, как качается Артём, и решила подкинуть ему мотивацию Хочет посмотреть, сможет ли хоть кто-то навести там порядок, — маленькие кулачки богини сжались. — Она могла хотя бы спросить! Но нет! Ты мой муж, и мой долг защищать тебя от их вмешательства! К чёрту эту нахалку и её наплевательское отношение к чужому мнению!
И тут в потоке гневной тирады Мии мой мозг зацепился за одну деталь, которую я так долго пытался выяснить.
— Погоди-ка, — я прищурился. — Фраза из сна «после целой жизни, посвящённой прокачке до сотого уровня» — это что, подтверждение, что максимальный уровень именно сотый?
Мия замерла и посмотрела на меня так, будто я только что сдал врагу все военные тайны.
— Ох, ради всех богов! — простонала она, хлопнув себя по лбу ладошкой Ирен. — И этот секрет она тоже слила! Такие вещи должны быть чудом, открытием, к которому смертные приходят сами!
— Так что же нам теперь делать? — практично поинтересовалась Лили.
— Ничего особенного, — ответила Мия, немного успокоившись. — Считайте это просто отдалённой целью, которую, вероятно, вы и так уже себе давно поставили, — богиня прикусила губу. — Я тут кое-что подправила и переквалифицировала задание от Неутомимой в божественное, раз уж так вышло. Считай, что это не приказ, а… предложение. Если когда-нибудь выполнишь, получишь гору опыта и, скорее всего, какой-нибудь постоянный бонус, как тогда, когда ты помог Лорее.
— Ну, вот это уже разговор, — хмыкнул я про себя. Лишний квест с божественной наградой в журнале ещё никому не мешал, особенно если у того нет таймера.
Божественные разборки — это, конечно, интересно, но земные дела никто не отменял.
— Так, всё это хорошо, но что мы делаем прямо сейчас? — спросила Самира с хитрой улыбкой. — Ещё поспим, пойдём перекусим или, может, немного… развлечёмся?
— До нашей поездки в Тверд на Совет лордов осталось всего два дня! — раздражённо фыркнула Мэриголд, наша практичная горничная-гномка. — Нужно столько всего подготовить, а потому нам всем нужен отдых! Что ж, логично.
Самира согласно кивнула, но посмотрела на меня с лукавым прищуром.
— Ладно, тогда я пойду перекушу. Муж, — сладко протянула она, — не хочешь пойти со мной и… съесть свою сосиску?
Я расхохотался. От такого предложения, сделанного с её неподражаемой интонацией, никогда бы не отказался, да и от ночного перекуса, честно говоря, тоже.
— Конечно, дорогая, раз уж я всё равно проснулся…
— Самира своего не упустит, — хихикнула Лили, и остальные девчонки поддержали её смехом. — Может, и мне к вам присоединиться? Поделюсь сосиской с…
Её фразу оборвали на полуслове. Дверь в спальню с грохотом распахнулась, и в комнату, тяжело дыша, ворвалась Лютик. Её чёрные, как у всей мышиной расы, глаза расширились от ужаса и спешки.
— Бандиты! — выдохнула она, с трудом переводя дух. — Мы… мы только что засекли их лагерь на восточной границе!
Всё, игры кончились. Сон, расслабленность, игривое настроение слетели с меня в одно мгновение, сработал рефлекс.
Угроза? Действуй!
Я рывком сел, в одно движение спрыгнул с кровати и потянулся к своей походной одежде, брошенной на стуле. На раздумья времени нет, сначала действие, потом анализ. Лили и Кору тоже засуетились, торопливо натягивая одежду, чтобы последовать за мной. Пока одевался, мысленно похвалил Люту за усердие. Она, сменив класс, теперь добросовестно обследовала наши границы в полдень и в полночь, а ночное зрение, свойственное всей её расе, делало нашу мышку идеальным часовым.
Зара уже протягивала мне лук и колчан. Перекинув их за спину, я подхватил на руки всё ещё дрожащую Лютик и бросился к выходу, на ходу расспрашивая.
— Что видела? Говори!
Мы уже неслись по лестнице, когда она, немного отдышавшись, начала доклад.
— Дюжина палаток. Судя по размеру, там от тридцати до шестидесяти человек. Я проследила их перемещение по следам, они пересекли границу со стороны Дирстрима. Нашла три места нападений: две засады на дороге и разграбленную ферму, — её лицо помрачнело, а голос стал жёстким. — Они убили всех, кто им встретился на пути, а тела бросили на растерзание стервятникам. Это… это ужасно, Артём!
Кровь застыла у меня в жилах. Вот же ублюдки! Я крепче обнял Люту и побежал по длинному коридору.
— Мы позаботимся, чтобы это были последние невинные, которым они навредили, — процедил сквозь зубы. — Часовые у лагеря есть?