Я открыл рот, чтобы съязвить по поводу такой «вежливости», но она, громко рассмеявшись, опередила меня.
— Да-да, я знаю, что ты хочешь спросить! Могут ли у них быть дети? Конечно! Откуда, по-твоему, взялись все дракониды?
Стоявшая неподалёку Лили, которая до этого момента сосредоточенно кормила Дымка вяленым мясом, нахмурила свои очаровательные бровки.
— Но… кто же осмелится спать с драконом?
Ирен с видом лектора, объясняющего прописные истины, ответила:
— Драконов в этом мире гораздо больше, чем вы думаете. Некоторые принимают облик смертных и живут среди нас, иногда даже правят целыми королевствами. Правда, это опасная игра, слишком легко нарушить правила, и обычно такая практика заканчивается очень плохо.
— И да, драконы могут скрещиваться между собой, но их потомство наследует только облик драконьего рода, — добавила Мия, и её улыбка стала лукавой. — Только мы, боги, можем создавать новых бессмертных. Ну… или почти только мы.
— Почему-то сильно сомневаюсь, что у меня когда-либо появится ребёнок от этой драконицы, — сухо заметил я.
Ответом мне стал очередной взрыв весёлого смеха Мии. Я так и не понял, то ли это согласие с моими словами, то ли её просто забавляла какая-то очередная божественная шутка, известная лишь ей одной.
В этот момент нас окликнула Кору, портал был готов, время нежностей окончилось.
Я быстро поцеловал Мию-Ирен на прощание, впитывая её двойственный горько-сладкий вкус, затем подошёл к горничной, на руках которой мирно сопел мой сын. Осторожно взяв маленького Иэна на руки, вдохнул его сладкий младенческий запах и прижался губами к крохотному лбу.
— Папа скоро вернётся, — прошептал я и с тяжёлым сердцем вернул его матери.
— Пошли, — бросил Лили, кивнув на портал. — Работа не ждёт, — я повёл её за собой, шагая из уюта нашего дома навстречу рёву настоящих диких земель.
Прокачка продолжалась.
Эта запасная зона для кача была, конечно, не идеальной: точки респауна монстров 47–48 уровней разбросаны так, что приходилось делать крюк, теряя драгоценное время. Но, с другой стороны, место тоже неплохое. Мы его уже тщательно изучили, да и бонус имелся весомый: на полторы сотни километров вокруг ни одного дракона. После недавних событий это успокаивало нервы лучше любой медовухи.
Несколько часов мы занимались рутинным, почти медитативным истреблением монстров. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в багровые тона. Фарм шёл на удивление спокойно, куда обыденнее, чем я ожидал, вспоминая наши прошлые вылазки в эти края, но, видимо, у судьбы на этот вечер имелись свои планы.
Поднимаясь на очередной холм, я едва не улетел вниз. Прямо передо мной разверзлась пропасть, огромная трещина в земле, которой, готов поклясться на крови, ещё пару недель назад здесь и в помине не было. Мы ведь шли почти тем же маршрутом!
Инстинкты сработали раньше, чем мозг успел запаниковать. Ноги, нёсшие меня со скоростью под шестьдесят километров в час, сами упёрлись в край, и этой доли секунды хватило на отчаянный прыжок. Двадцать метров бездны пролетели подо мной, и я, неуклюже споткнувшись, рухнул на другой стороне, одновременно выкрикивая хриплое предупреждение девчонкам.
Лили, лёгкая как пёрышко, перемахнула через яму прямо над моей головой и грациозно приземлилась на ноги. Я вскочил, обернулся, и сердце ухнуло в пятки. Кору отчаянно пыталась удержаться на краю, её ездовой ящер бился, в панике разрывая когтями осыпающуюся землю, чтобы не сорваться вниз. Мой верный Дым мёртвой хваткой вцепился в хвост перепуганного раптора и тянул его на себя, в то время как третий ящер метался рядом, оглушительно вопя от страха.
Орчанка, не раздумывая, спрыгнула с седла и, ухватив своего скакуна за мощную грудь, напружинила невероятные мышцы. Вдвоём им удалось вытащить обезумевшее от ужаса животное. Спасённая самка тут же прижалась к Дымку, и мой альфа-раптор принялся нежно её успокаивать, поглаживая мордой.
Кору, тяжело дыша, подошла к краю и со злостью плюнула в черноту ямы, её клыки хищно блеснули.
— Какого чёрта⁈ — прорычала она. — Древние духи теперь нам ямы на пути роют, что ли?
Лили, грациозно оттолкнувшись сильными ногами, перепрыгнула обратно. Я обошёл по краю громадную трещину и обнял Кору за талию, целуя в плечо. Она пыталась казаться скалой, но я чувствовал, как под моей ладонью бешено колотится сердце, выдавая пережитый шок.
— Внезапное изменение ландшафта… В играх это означало только одно, — задумчиво произнёс я.