Раздался оглушительный хлопок, похожий на звук лопнувшей гигантской покрышки, гуманоидный гриб взорвался, извергая из себя фонтан ядовитых ошмётков и спор. Основной удар с чудовищной силой впечатался в огромный щит Владиса, его стокилограммовую тушу протащило по каменному полу пару метров, но танк устоял, хоть и пошатнулся.
Однако ударная волна оказалась сильнее, чем я предполагал: прокатившись дальше, она врезалась в наши магические заслоны и с треском их разнесла. Барьеры, созданные Харальдом и Юлианом, рассыпались дождём магических искр. Нас с Харальдом окатило остаточной волной, некритично, но ощутимо. Я почувствовал лёгкое головокружение и мерзкий привкус гнили во рту, сработал дебафф от ядовитых спор.
Чёрт, а эта дрянь била сильнее, чем я рассчитывал!
Мельком глянул на полоски здоровья. Урон незначительный, но сам факт пробития сразу трёх барьеров заставил напрячься. Да, если бы рванули все трое разом, нашим целителям пришлось бы несладко, а Владиса, скорее всего, вообще размазало бы по стенке. Моя тактика оказалась верной.
Танк, пошатываясь, поднимался на ноги.
— Дым, вперёд! Отвлеки их! — мысленно скомандовал я, и мой ящер, не теряя ни секунды, бросился на двух оставшихся монстров и впился когтями и зубами в их дряблые тела. Это дало Владису несколько драгоценных секунд, чтобы прийти в себя, и вот он уже снова в строю, принимая агро на себя.
Когда второй гриб начал предсмертно пульсировать, я уже не орал.
— Отходим! — спокойно скомандовал группе. Мы просто развернулись и пробежали метров двадцать назад по туннелю.
Все, хватит, никаких барьеров, никакого героического превозмогания, нужно просто вовремя убраться из зоны поражения. Позади грохнуло, и до нас донеслось лишь эхо да облачко вонючей пыли. Просто и эффективно. Когда мы вернулись, Дым уже терзал последнего оставшегося монстра. Ещё пара моих выстрелов, удар щитом от Владиса, и с первой группой покончили.
Когда по-быстрому обыскали трупы, я подвёл итоги.
— Так, работа над ошибками, — сказал я, чем вызвал несколько усталых стонов. — Как вы заметили, облака спор медленные, а взрыв хоть и мощный, но предсказуемый. В следующий раз не нужно ловить урон. Как только цель начнёт светиться, просто сваливаем. Быстрые ноги спасают жизнь, экономят ману и силы.
— Отличная оценка, краткая и лаконичная, — кивнула Ванесса, брезгливо пиная ошмётки монстра. — Ничего стоящего.
Мы двинулись дальше и уже через пару минут наткнулись на следующую группу, на этот раз четвёрку.
Бой прошёл как по нотам, мы уже знали, чего ожидать. Никаких сюрпризов, только отлаженный ритм: фокус на одной цели, моя команда, слаженный отход, возвращение к ослабленному противнику. Когда Владис, приняв на себя удары сразу от четверых, начал проседать по здоровью, я снова бросил в бой Дымка.
Раптор не мог танковать, как закованный в латы гигант, пара прямых попаданий, и его пришлось бы отзывать. Но благодаря навыку Верный спутник он реагировал на мои мысленные команды мгновенно, словно был продолжением моей воли, ещё одной рукой или ногой. Ящер не лез на рожон, а кружил вокруг монстров, нанося быстрые точные укусы, сбивая их с толку и не давая сосредоточиться на танке.
Из одной из поверженных тварей выпал небольшой кожаный мешочек, внутри которого оказались редкие алхимические компоненты для создания мощных ядов. Отлично, уже одна эта находка с лихвой окупала затраченное время.
Мы двинулись дальше. Следующая группа монстров, затем ещё одна, и ещё…
Бой превратился в безжалостный конвейер смерти. Я уже не тратил слов. Один точный взгляд, указательный палец в сторону цели, и вся группа фокусировала на ней огонь. Мои стрелы, стрелы Лили, магические заряды Харальда и даже редкие, но мощные выпады Владиса, когда он находил окно для атаки, разили монстров одного за другим.
Как только я видел, что полоска здоровья цели проседала до критической отметки, вскидывал руку в коротком жесте, и все беззвучно отступали по туннелю, оставляя обречённую тварь наедине с её предсмертной агонией. Глухой хлопок взрыва где-то далеко становился лишь фоновым шумом, сигналом к тому, что можно возвращаться и добивать оставшихся.
Я с удовлетворением наблюдал, как работала моя команда: никакой суеты, никаких лишних движений, каждый знал свою роль, полное и безоговорочное доверие друг другу. Мы превратились в единый организм, хищника, который методично и неотвратимо пожирал это подземелье, двигаясь от одной жертвы к другой.