— Пытался убедить себя, что это чаевые, — добавила Ирен. Её лицо, обычно спокойное и одухотворённое, сейчас напоминало маску судьи. — Скорее всего планировал умыкнуть и пару серебряных кубков под шумок.
Я потёр переносицу. Грейсон. Я знал его, неплохой парень вроде бы…
— Какая у тебя зарплата, Грейсон? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.
— Э-э… Тридцать два золотых и пятьдесят серебряных в год, сэр, — пролепетал он, поправляя сбившиеся очки. — Плюс бонусы…
— У тебя жена и двое детей, верно? — продолжил я безжалостно. — И ты ухаживаешь за той гоблиншей, Ши’Мейла? Хочешь взять её второй женой?
Грейсон побледнел и опустил взгляд.
— Да, сэр.
— Ты бедствуешь? Тебе нечего есть?
Клерк молчал, Белла рыкнула и тряхнула его сильнее.
— У меня… долги, — выдавил он наконец. — Игровые долги, сэр.
Я на секунду прикрыл глаза. Игроман! Классика.
— Он твой подчинённый, Ирен, — сказал я, поворачиваясь к жрице. — Тебе решать.
Ирен покачала головой. В её глазах мелькнула жалость, но голос прозвучал твёрдо.
— Если мы спустим это сейчас, он сделает это снова, и другие подумают, что так можно.
— Нет, сэр! Госпожа! — Грейсон рухнул на колени, цепляясь за подол Ирен. — Пожалуйста! Не губите! Я всё верну!
Ублюдок! Он не о долге думал, когда крал, он думал, что самый умный.
— Ты уволен, — отрезал я. — И ты изгоняешься из провинции Кордери и всех территорий расширения навсегда.
— Но… — он задохнулся. — Как же мне кормить семью?
— Об этом надо было думать раньше. Твоя семья может остаться или уехать с тобой, выбор за ними. Мы не звери, выгонять детей на улицу не станем, но ты здесь больше не живёшь.
Я кивнул Владису. Танк шагнул вперёд, его огромная тень накрыла бывшего клерка. Грейсон сник.
— Слишком мягко, — фыркнула Белла, отпуская его воротник. Её хвост нервно подрагивал.
— Я компенсирую, — вздохнула Ирен. — Придётся искать нового клерка. Жаль, он был толковым парнем, пока не связался с костями.
Белла кивнула и, бросив последний презрительный взгляд на Грейсона, которого Владис уже тащил к выходу, повернулась ко мне.
— Я продолжу обход, — сказала она, всё ещё явно взвинченная.
Обняв её за талию, притянул к себе. Она была напряжена, как струна.
— Спасибо, родная, — шепнул Белле в макушку, целуя между мягких ушей. — У тебя нюх на крыс.
Она уткнулась носом мне в грудь и наконец расслабилась, позволив себе короткий усталый выдох.
Теперь, после этого показательного выступления, я сомневался, что кто-то ещё рискнёт сунуть руку в мой карман. Страх — отличный мотиватор, но охрану всё же придётся усилить.
Когда суета с золотом немного улеглась, и Мэриголд с Зелиз принялись за скучную инвентаризацию, ко мне подошла Мия.
— У тебя есть минутка, мой герой? — она мягко взяла меня за руку прохладными нежными пальчиками. — Нам нужно поговорить наедине.
— Конечно, — кивнул я, позволяя ей увести себя из шумного зала.
Мы поднялись по лестнице в мой кабинет. Мия шла чуть впереди лёгкой, почти невесомой походкой. Я любовался ею, гадая, о чём пойдёт речь. О новых угрозах? О божественных планах?
Она закрыла за собой тяжёлую дубовую дверь, щёлкнула замком и…
В следующее мгновение я оказался прижат к этой самой двери.
— Мия? — выдохнул я, когда её руки обвились вокруг моей шеи, а губы накрыли мои в жадном, требовательном поцелуе.
Она не просто целовала, а пожирала меня. Её маленькое тело прижалось ко мне с такой силой, будто богиня хотела слиться со мной воедино.
— Ох, мой великий покоритель Бездны, — прошептала она мне в губы, лихорадочно расстёгивая мою рубашку. — Ты был чертовски сексуален там, внизу. Командовал, решал судьбы…
Платье полетело на пол, под ним оказалось белое шёлковое бельё: чулки на подвязках, кружевной бюстгальтер, едва сдерживающий грудь, и крошечные трусики.
— Мне нужно тебя сейчас же! — выдохнула она, и в её голосе зазвенела сталь.
Я поднял её на руки, собираясь отнести к дивану, но Мия не хотела ждать. Она тут же обхватила меня ногами за талию, продолжая целовать.
— Нет, здесь! — скомандовала она, укусив меня за ухо.
Я прижал её спиной к двери. Ловкие руки уже распутали завязки и скользнули в штаны, и я застонал, когда её прохладные пальцы сжались на члене.
Она сама оттянула ластовицу трусиков в сторону.
— Входи! — потребовала она.
Я вошёл резко, глубоко, до самого основания. Мия вскрикнула, запрокинув голову, и её ногти впились мне в плечи. Она была узкой, горячей и невероятно влажной, каждый толчок отзывался во мне вспышкой чистого наслаждения. Я двигался ритмично, вколачивая её в дверь, а она отвечала мне, сжимая мышцы, подстраиваясь под мой темп.