Я свернул с тракта, оценивая изменения. Марона времени даром не теряла, и за последний месяц территория разительно преобразилась. Исчезли рытвины и бугры, землю разровняли, готовя под новые постройки или посевы. Хозяйская рука чувствовалась во всём, от аккуратных изгородей до деловито снующих рабочих.
Марона встретила меня на крыльце, сияя тёплой улыбкой, но радость жила ровно до того момента, пока я не спешился и не подошёл ближе. Стоило ей заглянуть мне в глаза и увидеть мрачную решимость, как улыбка увяла.
— Нам нужно поговорить, — коротко бросил я, и она, кивнув, жестом пригласила меня пройти внутрь.
Разговор проходил в её кабинете. Кроме самой хозяйки присутствовали её доверенные лица: строгая Гарена и драконидка Белинда. Выслушав мой рассказ о Мэриголд и появлении Глеба, женщины переглянулись, в воздухе повисло напряжение.
— Когда я только наняла её, Мэриголд предупредила, что её преследуют… неприятности, — голос Мароны звучал глухо, она нервно теребила кружево на манжете. — Она хотела залечь на дно, я пошла ей навстречу и спрятала в своём поместье, подальше от лишних глаз.
— Она сказала, что помогала тебе наладить дела с Конторой Тераны, — уточнил я, вспоминая слова гномихи. — И Грег подтвердил это.
Марона вздохнула, устало помассировав виски.
— К сожалению, так и есть. Мэриголд быстро поняла, что никто из моих сотрудников не имеет достаточной квалификации для работы со счетами и бумагами Конторы, и вызвалась помочь. Сначала работала удалённо, передавая инструкции из поместья, потом, видимо, осмелела и начала ездить в город лично. Она доверяла Норману, и это сыграло свою роль.
— А когда в этой истории нарисовался Грег? — я перевёл взгляд на служанок.
Белинда шагнула вперёд, её глаза с вертикальными зрачками сузились.
— Примерно два года назад, — прорычала она. Мощный чешуйчатый хвост яростно хлестнул по полу, выдавая её гнев. — Мэриголд тогда влетела в дом, бледная, как смерть. Бормотала что-то про плановую проверку, аудит и необходимость снова исчезнуть. Она умоляла госпожу скрыть её присутствие и с того дня носа за порог не казала. А потом появился этот… Грег, — лицо исказилось от брезгливости, словно она говорила о навозной куче. — Начал вынюхивать, рыться в бумагах. Казалось, он толком ничего не знал о Мэриголд, но она его чем-то зацепила, и он не оставлял попыток найти её. С самого начала всем нам стало ясно, что тип он мерзкий, и намерения у него далеко не джентльменские.
— Мне пришлось подать официальную жалобу в администрацию Харалдара, — подхватила Марона. В её голосе зазвучали стальные нотки аристократки, защищающей своих людей. — Они прислали другого инспектора для беседы, мне пришлось ответить на пару неудобных вопросов о моей горничной, но после этого Грега я не видела, и всё вроде бы вернулось в норму.
— По крайней мере, мы так думали, — фыркнула Белинда. — Поверить не могу, что он выследил её даже там, в Кордери. Вот же упёртый ублюдок!
Я мысленно выругался. Если после официальной жалобы Мароны у Грега и возникли проблемы, то он явно обладал достаточным влиянием или изворотливостью, чтобы отряхнуться и продолжить охоту. И теперь он вернулся. Замечательно, просто великолепно! Ещё одна акула в наших водах!
В соседней комнате послышался детский плач, и сердце кольнуло. Дарин, мой сын!
Я бы всё отдал, чтобы остаться здесь хоть на пару часов, обнять Марону, вдохнуть запах её духов, поиграть с сыном, а потом, возможно, уединиться с моими прекрасными женщинами, Мароной и Белиндой, но время, будь оно неладно, работало против меня.
— Будьте начеку, — я поднялся, сжимая рукоять меча. — Если Грег сунется сюда, не геройствуйте, запирайте ворота и шлите вестника мне.
Они поняли всё без лишних слов. Я коротко попрощался, стараясь не смотреть на дверь детской, чтобы не дрогнуть в своей решимости, и вышел в прохладу вечера.
Меньше чем через час я уже охотился в Диких Землях, занимаясь привычным делом — геноцидом местной фауны.
Вспышка, удар, уклонение, выстрел…
Адреналин заменял мне отдых, а звон тетивы стал ритмом моего дыхания. Я убивал монстров с холодной механической эффективностью, выжимая опыт крупицу за крупицей.
В голове крутилась простая арифметика: чтобы взять пятьдесят пятый уровень, при текущем темпе мне понадобятся десять месяцев упорного гринда. Десять, мать его, месяцев! Может быть, девять, если превращусь в бездушную машину, исключив из жизни всё, кроме сна и еды.