Небо пестрело от птиц, парящих рептилий и огромных насекомых с переливающимися панцирями. В траве вилась пара узких дорожек из белоснежного гравия, но сейчас они пустовали, жизнь здесь кипела именно в воздухе. Любуясь на сотни, а может и тысячи крылатых созданий, я почувствовал, как грудь распирает от восторга.
С момента появления на Валиноре мне чертовски везло на подобные чудеса. Я видел невероятной красоты места, встречал удивительных созданий и проживал приключения, о которых на Земле даже мечтать не мог, и сейчас мне безумно хотелось, чтобы вся моя семья тоже побывала в этом раю.
— Какое романтичное место! — мурлыкнула Лили, нежно обнимая меня за пояс и прижимаясь щекой плечу. От неё привычно пахло лесом и домашним уютом.
Кору согласно хмыкнула и, обхватив меня с другой стороны, прижала мою голову к своей тяжелой упругой груди. Я с удовольствием поддался, вдыхая терпкий аромат орчанки. Несколько минут мы просто стояли, любуясь открывшимся видом.
— Слишком прекрасно, чтобы быть правдой, — благоговейно прошептала Мариль.
— Как такой нетронутый уголок мог уцелеть в этом жестоком мире? — поддержала иллюзионистку Кору.
— Я хочу здесь жить! — Лили аж притопнула ножкой, её глаза горели восхищением. — То есть я, конечно, обожаю наше поместье Феникс, но здесь просто сказка! Хочу играть с фарфалами, феями, гарпиями, птичками, цветочками и…
Я тихо рассмеялся, крепче прижал её к себе и ласково поцеловал пушистое ушко.
— Выдыхай, радость моя, а то в обморок упадёшь.
Тут Мариль издала сдавленный писк. Я обернулся и увидел, что лицо девушки залилось густым румянцем.
— Они же все… голые, — сдавленно пробормотала она.
— Привыкай, — усмехнулась Лили. — Большинству рас, живущих в гармонии с природой, одежда нужна разве что для тепла или просто выпендрёжа ради, особенно тем, кто постоянно в небе.
А ведь она права, куниды, флораны, фарфалы, гарпии и апиды от природы не особо нуждались в ткани, как и пикси. Хотя, присмотревшись, я заметил, что некоторые обитательницы всё же носили лёгкие сарафаны, широкие шляпы от солнца или простые рубашки, отдавая дань моде.
— Слушайте, а как они… ну, нужду справляют? — внезапно выдала Кору с грубой орочьей прямолинейностью. — Прямо на лету?
— И даже не подтираются⁈ — округлила глаза Мариль. Ее брезгливость смешалась с откровенным смущением от самой темы.
Лили прыснула в кулачок.
— Надеюсь, что нет. Мы как раз внизу собрались гулять, очень бы не хотелось получить неожиданный сюрприз на макушку.
Я кашлянул, чувствуя, как у самого начинают гореть уши.
— Уверен, у них тут всё продумано насчёт санитарии. Магия — великое дело.
Тряхнув головой, отогнал абсурдные мысли и сосредоточился на цели нашего визита.
Я уже потянулся к рычагу, собираясь развернуть тяжёлую платформу лифта и спустить нас на Цветочные поля фарфалов, как вдруг краем глаза уловил быстрое движение. Обернувшись, инстинктивно подобрался, а рука сама легла на рукоять оружия. Прямо к нам, изящно рассекая восходящие потоки воздуха, летела группа крылатых гуманоидов в развевающихся мантиях.
Глаз Истины привычно мигнул на периферии зрения, выдав короткую сводку: раса фарфала, уровни от тридцатого до сорокового. Судя по аурам и характерным элементам снаряжения, вся эта стайка имела чисто магические классы: атакующие заклинатели, спецы по контролю толпы, пара целителей и саппорты. Идеально сбалансированная боевая группа.
Я нахмурился, мысленно прикидывая тактические расклады. Если система позволяла им кастовать заклинания прямо в полёте, не теряя концентрации, то это же просто имба, абсолютно читерское преимущество против любых бойцов ближнего боя! Как сбивать таких летунов без зенитной артиллерии? Только массированным огнём лучников, да и то, если повезёт не попасть под площадное заклинание.
Глава 12
— Добро пожаловать, путники! — звонко прокричал лидер группы, маг сорокового уровня, зависнув в паре метров от края нашего подъёмника.
— Мне это снится? — тихо пробормотала Мариль у меня за спиной.
Я скосил на неё глаза. Обычно невозмутимая иллюзионистка залилась густым румянцем и смущённо тёрла щёки, глядя на прибывших с откровенным благоговением.
Её реакцию, впрочем, была вполне понятна, все фарфалы, которых я успел здесь встретить, отличались неземной красотой, но этот парень, непринуждённо паривший перед нами на роскошных крыльях, выглядел как ожившая статуя античного бога.
Меня, разумеется, интересовали исключительно женщины, но не признать очевидного не мог, глаз-то намётан. У мужика была словно светящаяся изнутри загорелая кожа, цвет длинных волос плавно перетекал из тёмно-рыжего у корней в ослепительный желтовато-белый на кончиках, а глаза, как и узор на широких крыльях, переливались всеми оттенками рассветного неба. Под тонкой тканью мантии угадывался такой мышечный рельеф, ради которого парни на Земле годами жрут протеин и не вылезают из качалок, тягая железо до кровавого пота.