Прекрасное лицо обрамляла невероятная грива изумрудно-зелёных волос, в которых густо переплетались пряди более тёмного, насыщенного оттенка, напоминающего цвет сочной весенней травы. На контрасте с этой яркой зеленью огромные глаза сверкали потрясающе глубоким аметистовым цветом. Кожа благородного орехово-коричневого оттенка, безупречно чистая, на вид казалась шелковисто-гладкаой и мягкой, словно бархат. У меня даже пальцы слегка дрогнули от мимолетного, чисто мужского желания к ней прикоснуться.
Элегантное платье такого же изумрудно-зелёного цвета идеально следовало изгибам безупречной фигуры, подчеркивая высокую, упругую и весьма выдающуюся для её комплекции грудь, плотно перехватывая узкую талию и плавно расходясь на широких крутых бедрах. Крой наряда был… стратегически безупречным. Более того, платье имело смелые разрезы по бокам, заходящие чуть выше колен. И сейчас, когда она сидела, аккуратно закинув ногу на ногу, в этих разрезах соблазнительно поглядывала гладкая кожа её стройных бедер.
Эх, Артём… — мысленно вздохнул я, чувствуя, как во рту пересыхает, а лекция о древних гномах окончательно отходит на второй план. Кажется, старина Торик знал, чем бить наверняка.
Глава 2
Я сидел на жёсткой каменной скамье, машинально скользя взглядом по присутствующим в зале гномкам, когда звучный, поставленный голос чтицы внезапно выдернул меня из раздумий. Знакомые слова резанули слух. По сути это были первые внятные крупицы лора о Последней Твердыни Гурзана с того самого момента, как мы с отрядом наткнулись на древние записи. Запах вековой пыли и пересохшего пергамента щекотал ноздри, а слова летописи эхом отражались от сводчатого потолка.
— … дни Торгана Железнорукого, Короля-Под-Горой, владыки великого и вечного горного чертога Последнего Оплота Гурзана, в пятьсот пятьдесят третьем году Великой Экспедиции, — торжественно вещала гномиха со сцены. — В те славные времена в залах Гурзана трудились двадцать три тысячи сто землекопов. Они пробили двести восемнадцать глубоких штреков, расходящихся во все стороны подобно корням, глубоко под Хребтом Гурзана.
На седьмом году правления Торгана с поверхности хлынул поток людей из Староземья, но они оседали в своих наземных поселениях и поначалу мало нас тревожили. Да, случались мелкие стычки на границах владений Торгана, однако клан Больцка Углеборода, Глубочайшего Копателя и Владыки Всего, как всегда, первым протянул руку дружбы. Три года процветала торговля между людьми и Последней Твердыней Гурзана, но затем в пятьсот пятьдесят шестом году из-за морей явились Герои Староземья, неся на поверхность пламя и разорение.
Она сделала паузу, перелистывая хрупкую страницу.
— В тот чёрный год Врата Тронгила Копателя в Глубоком Перевале наглухо запечатали, отрезав единственный путь к югу от Хребта Гурзана, где многие эльфы пытались найти укрытие от вторжения орочьих орд. Между кланом Больцка и лесными жителями издревле тлела вражда, но ради выживания мы какое-то время вели с ними торговлю. Затем эльфы ввязались в самоубийственную войну с людьми Нового Староземья, потерпели сокрушительное поражение у Глотки Хильзара и, бросив руины, в панике бежали далеко на юго-восток вглубь Диких Земель.
Торган объявил поверхность навсегда потерянной для нашего народа. Клан Больцка с удвоенным рвением вгрызся в самые недра мира, ища спасения и благословения нашего бога. И их мольбы были услышаны в шестьсот двадцать третьем году Великой Экспедиции, в пятьсот семьдесят третьем году от основания Последней Твердыни Гурзана. С великим ликованием мы обрели Сердце Горы, священный дар, принесший горному чертогу вечное процветание и немыслимое благополучие.
Голос чтицы наполнился благоговением.
— Истинный масштаб нашего благословения мы осознали лишь год спустя, в пятьсот семьдесят четвертом. В тот год сам великий Хозяин Недр, Кротос, открыл для нас проход в свои бескрайние священные Норы. Это чудо клан Больцка встретил с небывалым восторгом. Мы заложили десятки новых шахт и извлекли на свет настоящие сокровища. Среди залежей обычной руды и минералов обнаружились колоссальные жилы серебра, золота и истинного серебра. Некоторое время мы процветали. Наши кузнецы создавали шедевры непревзойденной красоты и мощи, поскольку дарованных богами материалов с лихвой хватало, чтобы воплощать в жизнь любые задумки мастеров на том уровне, который не ограничивался Системой.
На эти слова слушатели отреагировали тихим взволнованным гулом.
— Я так и знал! — Торик Примиритель не сдержался и с силой хлопнул себя по закованному в броню колену. Лязг металла гулко разнёсся по помещению. Гном резко повернулся ко мне, его глаза горели фанатичным блеском. — Вы были правы насчёт вашей мастерской изобретателей, милорд Артём! Лёгкий путь, навязанный интерфейсом, далеко не всегда ведёт в истинные глубины, где сокрыты самые ценные самородки мастерства!