— Артём, ты выглядишь таким уставшим, — проворковала Лили, прижимаясь своим мягким ушком к моему плечу. — Тебе нужно расслабиться.
Спорить на стал, усталость действительно навалилась на меня тяжёлым грузом, и перспектива просто полежать в тишине выглядела соблазнительно. Я снял доспехи и рубашку, оставшись в одних штанах, и растянулся на кушетке.
Ягодка и Лили тут же принялись за дело, их на удивление сильные ладошки начали методично разминать мои плечи и спину. Они использовали какое-то ароматное масло, пахнущее лавандой и мятой, которое приятно холодило кожу. Это было не эротическим массажем, а выглядело чисто сестринской заботой, направленной на то, чтобы снять напряжение с моих мышц, забитых постоянными тренировками и боями.
— Какой ты твёрдый, — хихикнула Ягодка, наваливаясь всем весом на мои лопатки. — Словно из камня высечен.
Я лишь глаза, наслаждаясь умелыми движениями их рук. Другие сёстры Лили сидели неподалеку, перебирая свои сокровища и о чём-то вполголоса переговариваясь. В комнате царила атмосфера абсолютного доверия и покоя, именно то, что мне требовалось перед завтрашним днём, когда мы планировали навестить Флору.
После массажа мы ещё долго сидели, попивая травяной чай с мёдом и слушая истории о жизни кунидов. Я чувствовал, как ко мне возвращаются силы. Не те, что давали уровни и характеристики, а те, что питали душу.
На следующее утро мы отправились на поляну Флоры
Флора, моя прекрасная девушка-растение, уже ждала нас у подножия стебля. Её зелёная кожа сияла в лучах утреннего солнца, волосы, напоминающие живые лианы, нежно обвивали тело, а глаза цвета молодой листвы светились радостью.
— Артём! — воскликнула она, её голос напоминал шелест листвы в летний полдень.
Мы обнялись, и я ощутил под ладонями прохладную, необычайно гладкую кожу. От неё пахло свежестью, дождём и чем-то неуловимо сладким, похожим на нектар редких цветов. Лили и Кору обменялись с ней приветствиями, и после короткого разговора Флора пригласила меня войти в её «покои». Мои девушки, понимающе переглянувшись, объявили, что решили остаться снаружи погулять по полям и пообщаться с другими обитателями этого райского уголка.
Как только мы ступили на широкие плотные листья, ведущие внутрь гигантского бутона, мир снаружи перестал существовать. Лепестки за нашими спинами медленно сомкнулись, отрезая нас от солнечного света и погружая в мягкий изумрудно-фиолетовый полумрак. Внутри бутона оказалось тепло и влажно, а стены живого убежища слегка вибрировали от тока растительных соков, создавая низкий успокаивающий гул, который отдавался в самых кончиках пальцев.
Флора обернулась ко мне. В этом странном мерцающем свете она казалась божеством, сотканным из самой сути природы. Зелёная кожа в полумраке приобрела глубокий изумрудный оттенок, а по лианам волос пробегали едва заметные золотистые искорки. Она смотрела с такой нежностью и жаждой, что у меня перехватило дыхание.
— Я ждала тебя, Артём, — прошептала она. — Каждую ночь этот бутон закрывался, храня в себе только мои воспоминания о тебе, и я чувствовала, как нектар внутри меня густеет от тоски.
Флора подошла ближе, её прохладные тонкие руки легли мне на грудь. Я почувствовал, как пальцы-побеги нежно исследуют рельеф моих мышц, словно пытаясь запомнить каждую деталь. От неё исходил такой мощный пьянящий аромат, что у меня закружилась голова, запах самой жизни, чистый и невероятно сексуальный.
Я притянул её к себе, чувствуя необычную податливость. Флора была гибкой, как молодая ива, но в то же время удивительно сильной. Мои губы нашли её рот, и я словно глотнул чистейшей родниковой воды в жаркий полдень, которая внезапно превратилась в обжигающее пламя. В ней чувствовалась сладость нектара и терпкость древесной коры. Язык Флоры, ловкий и нежный, сплетался с моим, вызывая по всему телу электрические разряды.
Я залюбовался высокой упругой грудью, увенчанной нежно-зелёными сосками, которые на моих глазах начали набухать и темнеть, реагируя на мою близость, плоским гладким животом и сильными стройными бёдрами. Но самым удивительным было её лоно, прикрытое тончайшими, почти прозрачными лепестками, которые сейчас влажно поблёскивали от выделяющегося нектара.
Я уложил её на основание бутона, мягкое, как живой мох. Флора раскинула руки, и лианы её волос тут же начали оплетаться вокруг моих запястий и плеч, притягивая и связывая нас в единое целое. Я чувствовал, как она вибрирует под моими руками, как её растительная натура откликается на мою человеческую страсть.
Мои ладони начали неспешное путешествие по её телу, изучая контрасты: прохладу кожи и жар, разгорающийся внутри, потом я склонился к груди, лаская соски губами и языком, чувствуя, как она вздрагивает при каждом прикосновении. Флора застонала… вернее, вибрирующе замурлыкала, и этот звук отдался в стенах её живого дома.