До ледяной стенки они добрались в сероватых предрассветных сумерках. Сергей чувствовал себя превосходно. Подъем проходил легче, чем он ожидал. Чистый воздух, застывшие исполины скал, розовеющее на востоке небо — все это пробуждало в нем ощущение никогда раньше не испытанной легкости. И только Строков, едва переставлявший ноги, портил настроение.
— Вы не могли бы идти быстрее?
— Могу. Но если пойти быстро, вас надолго не хватит.
— Спасибо. Вы очень внимательны ко мне.
— Как хотите. Я могу идти гораздо быстрее.
Строков ускорил шаг. Подъем стал круче, шершавая поверхность камня сменилась голубоватым, неправдоподобно чистым льдом. Еще с полчаса Сергей шел легко, хотя ноги часто срывались, а громоздкие ботинки цеплялись за малейшие неровности льда.
В очередной раз споткнувшись, он вдруг почувствовал, как внезапно навалилась усталость, точно она кралась за ним следом и лишь выжидала подходящего момента. Рюкзак потяжелел, и воздух стал как будто реже. Сергей хватал его широко открытым ртом и чувствовал: с каждым шагом дышать становится труднее. Он изо всех сил старался выдержать темп, который сам предложил. Строков заметил его состояние и сбавил шаг. Перед глазами у Сергея запрыгали черные мушки, а воздуха просто не стало, словно они попали в безвоздушное пространство. Он пошатнулся, схватился за грудь, медленно опустился на камень.
— Что с вами?
— Не знаю… Сердце…
— Дайте руку! — Пальцы Строкова сжали ему запястье, проверяя пульс. — Ничего страшного. Это от смены высоты. Пройдет. Нельзя останавливаться, иначе не дойдете. Вставайте и постепенно набирайте темп.
— Я, пожалуй, лучше вернусь… В другой раз.
Строков еще раз проверил пульс и строго посмотрел на него.
— Нет, вы пойдете сейчас. Сердце у вас в порядке.
— Кто дал вам право?..
— Обстоятельства. Вы мне обещали этот маршрут. И кроме того… вы перестанете себя уважать, если теперь повернете обратно. Не сможете больше работать в горах. Слышали, как появляется у людей боязнь высоты?
— Перестаньте меня запугивать!
— Тогда вставайте! Вы же моложе меня. Как вам не стыдно!
Строков встал и медленно пошел вверх. Веревка, которой они были связаны, шурша, разматывала свои кольца, словно ползущая змея. Каждый шаг давался с огромным трудом. Рубашка прилипла к телу, в горле пересохло. В довершение всех несчастий откуда-то сверху начал дуть порывистый холодный ветер, унося клочья утреннего тумана.
— Я хочу пить! — прохрипел Сергей.
— Пока не поднимемся, пить нельзя!
Быстров хотел остановиться, зачерпнуть пригоршню снега, но веревка снова натянулась, заставляя идти вперед.
— Скотина! Упрямая старая скотина! — тихо процедил он сквозь зубы. — На кой дьявол я связался с этим помешанным? Чего ради вообще поперся сюда?
Сейчас его гордость, самолюбие казались ничтожными, маленькими перед непомерной тяжестью, навалившейся на плечи, перед этим холодным воздухом, которого так не хватало измученным легким.
— Остановитесь! Я больше не могу! — крикнул он в белесый туман, заполнивший все вокруг.
— Перестаньте ныть! Вы не ребенок! Привал будет через полчаса!
Теперь Сергей считал шаги. Двадцать шагов — минута. Пятьсот шагов до привала… Надо их пройти, надо выдержать, не падать же в самом деле. Не доставлять ему этого удовольствия…
Ветер окреп. Сейчас он дул непрерывно. Лед, вздымавшийся перед ним отвесной стеной, вдруг распрямился, и Сергей понял: подъем кончился. К тому времени от потерял счет шагам и, почти не соображая, что с ним происходит, продолжал механически переставлять ноги. К нему подошел Строков, протянул флягу с водой. Напившись, Сергей почувствовал, что его выворачивает наизнанку, но сразу вслед за этим пришло облегчение. Минут через десять он стал приходить в себя.
Туман, оказавшийся грядой облаков, лежал теперь у них под ногами. Вот-вот должно было показаться из-за горизонта солнце. И тут Сергей заметил на небе четкую овальную полосу, разделявшую небосклон на две почти равные части: светлую и темную. Светлая медленно расширялась, оттесняя темную все дальше к западу.
— Что это?
— Тень Земли. На этой высоте она видна дважды в сутки, а на станции только в очень ясную погоду.
— Тень чего? — не понял Сергей.
— Воздух очень разрежен. Он уже не рассеивает свет, и перед восходом солнца видна тень Земли. Вы разве не знали?
— Нет. В первый раз слышу.
— А я каждое утро смотрю. Все жду, появится или нет. Даже загадываю иногда… Жаль, что видно ее очень недолго, всего несколько минут. Сейчас взойдет солнце, и все исчезнет…