Джаваир пожевал губами, радуясь самообладанию Шелгунова и одновременно чувствуя горечь от сознания собственного бессилия. К СПАС-7 стартовал еще один патрульный модуль — Грехова, но он уже явно не успевал. Оставалось уповать на оперативность и реакцию Диего, в данной ситуации не помог бы даже господь бог, если бы он существовал. «Если все сойдет благополучно, — подумал руководитель УАСС, — сниму с должности! Начальник отдела, а рискует как неопытный стажер!.. Впрочем, на его месте я поступил бы точно так же...»
Джаваир старался не думать, что произойдет, если Диего Вирт не успеет прпйтн на помощь, поэтому он принялся убеждать Шелгунова отвернуть станциюс пути луча.
Шелгунов покачал головой, поколебался, потом выключил связь, зарастил скафандр и стал ждать, когда откроется аварийный люк и в зал ввалится Диего Вирт, свирепый, как джинн, вырвавшийся из бутылки.
СПАС-7. Девять часов сорок минут...
Шелгунов пристально смотрел на экран локатора, испускавший белое призрачное сияние.
— Оста.тось восемь минут, — сказал появившийся в ви-деоме Джаваир. Шелгунов оторвался от созерцания бездны, криво усмехнулся и принялся за проверку правильности подключения систем.
В
тот же день Сильвена урегулировала свои дела. Она вернулась из Женевы довольная, выполнив все, что ей было поручено. Когда появился администраюр компании, от которой она зависела, Сильвена была в боевой форме. В свои шестьдесят лет Робер Галон одевался кан юный пижон. На этот раз он был в бархатном костюме небесно-голубого цвета и чуть более темной спортивной рубашке. Его сопровождала Жизелъ, девица, которая страстно желала занять место Сильвепы. Сильвена угостила их виски в небольшой комнате, служившей ей кабинетом.
— За мой счет, — уточнила она.
Галон не стал возражать. Он очень злился на Сильвену за то, что она никогда не проявила к нему аи малейшего внимания. Он заявил, что наступил момент поговорить серьезно. Сильвена прервала его.
— Чтобы мы как следует поняли друг друга, — сказала она, — я выскажу все, что думаю о вас.
Сильвена сделала ото в изысканных выражениях. Личность Робера Галопа, его нравственность, его любовные привычки или, по крайней мере то, что предполагала о них Сильвена, были описаны словами, каждое из которых заставляло подскакивать шестидесятилетнего красавчика. Жизель внимательно слушала: она не все понимала-.
— Теперь можно поговорить о делах, — сказала Сильвена.
Робер Галоп заметил, что теперь, как ему кажется, в этом
пет необходимости. Сильвена согласилась.
— Эта девушка заменит вас, — сказал Галоа
— Эта начинающая проститутка, — поправила его Силь
вена.
На этот раз Жизель поняла. Она оскорбилась. Робер Галон ее успокоил.
У тебя получится так же хорошо, как у нее.
Я предпочитаю этого не видеть, — произнесла Сильвена.
С сегодняшнего вечера она 'приступает к своим обязан
ностям, — сказал Робер Галон. — Я даже не прошу вас
вводить ее в курс дела. Я сделаю это сам.
Жаль, что меня при этом не будет.
Все же ей было немного грустно. Среди клиентов у нее были друзья, которых она любила. Она хорошо вела дело, а через полгода здесь все придет в упадок. К счастью, она будет далеко.
Сильвена встала, попрощалась с Робером Галопом, склонившим голову с видом оскорбленного величия, помахала пальцами Жизели, которая отвела взгляд. Затем она простилась со служащими, которые сделали вывод, что им тоже пора подыскивать новое место.
* * *
Разрешение на свидание, которое Мора предъявил надзирателю, было фальшивым, но выглядело как настоящее. Его
Роман
Окончание. Начало в предыдущем выпуске «Искателя^,
90
91
достали из загашников долиции, где было несколько пустых бланков на случай, если потребуется допросить заключенного так, чтобы никто об этом не знал.
Впрочем, надзиратель знал Мора. Он едва взглянул на бумажку и даже выразил сожаление, что среди его подопечных находится и комиссар. Он отвел Мора в /приемную. Через несколько секунд появился Вержа. У него было розовое отдохнувшее лицо.
— Все идет как по маслу, — начал Мора. — Я разгова
ривал с Сильвенон по телефону. Она вернулась из Швейца
рии и рассталась со своим боссом.
Он поведал о своей беседе со следователем. Даже если ему грозит только Дисциплинарный совет, у него есть все. шансы оставаться всю жизнь инспектором. Следовательно, ни цветов, ни сожалений. Он подготавливал арест того левака. И здесь будет все в порядке.
— Ты должен запяться Вептури, — сказал Вержа.
Мора согласился с воодушевлением: он не любил корсиканца.
Ты вступишь с ним в контакт. Скажешь ему, чхо хочешь
видеть, его после того, как он проведет операцию, и до того,
как он отдаст деньги Альже.
А если он меня пошлет подальше?
Ты ему мило скажешь, что предупредишь свое пачаль-
ство о том, что готовится.
Этим я разоблачу вас!
Нет. Альже отменит операцию и не скажет аи слова.
Или же — и я думаю, что произойдет имепно так — он при
кажет Вентури согласиться. Но ты подвергнешься большой
опасности. И я тоже, поскольку буду вместе с тобой. Вен
тури получит указание нас прикопчить, но ае сумеет этого
сделать, потому что мы будем настороже и потому что мы
умнее.
Мора удивился: не превратила ли тюрьма просто хорошего полицейского в ясновидящего? Вержа расхохотался: просто-напросто он знает Альже и положение вещей.
— Он сейчас воображает, что меня обманули как ребенка.
Я в тюрьме, и он думает, что все деньги достанутся ему н его
компаньону, имя которого я когда-нибудь узнаю. Его взяли
за горло. Когда Вептури доложит ему, что ты хочешь его ви
деть, Альже не будет колебаться ни секунды: ты должен ис
чезнуть, поскольку ты единственный свидетель и мой помощ
ник. Так как он знает к тому же о твоих плохих отношени
ях с правосудием, то посчитает, что не станут поднимать всех
на ноги, чтобы отомстить за тебя. Та же рассуждение годится
и в отношении меня.
Все же Мора по-прежнему удивлялся: можно ли читать будущее с такой уверенностью? Вержа покрутил пальцем у виска.
Трик-трак, как говорил Хэмфри Богарт. В жизни надо
думать. Это то, что меня до сих пор спасало. И одновременно
утомляло.
Вептури, возможно, явится со всей своей командой!
Возможно, но не обязательно: обычно все торопятся ис-
92
чезнуть как можно скорей. Во всяком случае, мы примем меры предосторожности.
Вы подумали о месте свидания?
Да, — ответил Вержа с явным удовольствием.
* * *
Вержа не удивил визит Моники. Удивило его то, чтоона ему рассказала. Она пришла вскоре после Мора, получив разрешение повидать мужа от следователя Дельмеса.
Утром ее посетил Сала, вежливый, огорченный, говоривший плаксивым голосом. Оп в отчаянии от того, что происходит. Вержа был у него самый выдающийся сотрудник. Он не представляет, как сможет противостоять волне преступности теперь, когда плотина разрушена. Какое несчастье, повторил он перед тем, как выложить цель своего визита. Вержа по недосмотру унес кое-какие бумаги, и необходимо как можно скорее возвратить их. Знает ли Моника, где он их держит?
— Я ответила — нет, тем более что это правда, — сказала
она.
Тогда он принялся «по-дружески» расспрашивать ее, желая знать, какой была их супружеская жизнь.
— Прекрасной, — ответила я ему.
Он ей не поверил. Даже заговорил о Силызене. Но Моника изобразила полное неведение.
— Я сказала ему, что ты почти никогда не ночевал вне
дома, что ты был таким же мужем, как другие, не лучше,
не хуже.
Они сидели друг против друга, разделенные стеклом, снабженным микрофоном. Вержа улыбнулся Монике.
— Я не сказала ому, что ты мечтал уехать в Венесуэ
лу, — проговорила она.
Он удивленно посмотрел на нес.
— Ты записал расписание на обложке одного из проспек