мистер Мейсон. Мне кажется, что ключ к разгадке происшед
шего кроется именно в Дугласе Хепнере.
Прошу присесть, — пригласил Мейсон, а затем, обращаясь
к Корбину, спросил: — Так вы полагаете, мистер Корбин, что
все-таки что-то произошло?
Мне кажется, — ответил Корбин, — что только сильный
эмоциональный шок мог стать причиной амнезии.
Был еще и физический шок, — уточнил Мейсон. — На
сколько я понимаю, это результат катастрофы.
Да, да, конечно. Но Ольга, а она очень проницательная и
наблюдательная женщина, считает, что сказался темперамент
Элеонор и что именно эмоциональный шок язился главной
причиной потери памяти. Элеонор очень дорога мне, мистер
Мейсон, и мне бы хотелось спасти ее от дальнейших страда
ний. Хочется надеяться, что она все же не вышла замуж за
этого волокиту Хепнера. А если это так, то амнезия может
сыграть на руку следствию. И судебного процесса можно избе
жать. Очевидно, она перестала что-либо помнить уже после
инцидента, а следовательно, свадебная церемония проходила
в состоянии амнезии.
За исключением того лишь, — подчеркнул Мейсон, — что
память ее была в порядке каппосле катастрофы, так и после
брачной церемонии. Ведь она послала вам эту телеграмму.
Это верно, — неохотно согласился Корбин.
К тому же и две открытки, — добавил Мейсон. — Кстати,
они написаны ее рукой?
Корбин задумчиво провел рукой сверху вниз, как бы приглаживая свою ван-дейковокую бородку.
— Да, мистер Мейсон, мы столкнулись с весьма своеобраз
ной ситуацией. Честно говоря, я как-то не задумывался о по
черке, ведь если письмо было от Элеонор, то, следовательно,
и почерк ее. Я могу только ответить, что почерк был знако
мым. Но я не берусь сказать с уверенностью: «Да, это почерк
Элеонор». Что же касается телеграммы, то ее мог послать лю
бой. Лично я не хотел бы думать, что этот негодяй Хепнер,
воспользовавшись состоянием Элеонор, уговорил ее выйти за-
85
муж, затем послал от ее имени телеграмму и вынудил написать эти открытки; В конце концов, текст открыток был довольно краток, и... вряд ли это похоже на Элеонор, В них чувствовалась некоторая сдержанность, что совсем на нее непохоже.
— Как вы думаете, какую цель мог преследовать Хепнер,
женившись на вашей дочери? — спросил Мейсзн,
Корбин впился взглядом своих холодных глаз в Мейсона, потом перевел их на Ольгу, а затем снова на Мейсона.
В случае моей смерти, — решился сказать он, — Элеонор
унаследует весьма значительную сумму.
Отлично, — резюмировал Мейсон. — Кстати, какой марки
у него была машина?
Кондиционированный «олдсмобил», — сказала Ольга. —
Один из самых больших. Он им очень гордился.
Неожиданно зазвонил телефон. Делла Стрит, сидевшая ближе к аппарату, подняла трубку, послушала, а затем передала ее Мейсону.
— Это Пол Дрейк. Очевидно, у него новости.
Мейсон взял трубку.
Итак, Перри, — начал Дрейк, — твой нюх не подвел. Зво
нили из Индио. Разговор был тет-а-тет. Дуглас Хепнер звонил
Сэди Хепнер в Солт-Лейк-Сити.
А на том конце линии проверил? — спросил Мейсон.
Еще не успел, — ответил Дрейк. — Я решил сразу сооб
щить то, что знаю. У тебя есть какие идеи?
Я тебе перезвоню, — сказал Мейсон.
Он положил трубку и повернулся к Хьюмеру Корбину.
Мы нашли мать Хепнера в Солт-Лейк-Сити. Итак, если вам
не терпится, я могу позвонить ей и спросить о местонахожде
нии сына. Если же время терпит, я отправлю в Солт-Лейк-Сити
сыщиков, чтобы узнали поподробнее об этой женщине.
Я думаю, лучше позвонить, — сказала Ольга.
Хорошо. Делла, закажите, пожалуйста, конфиденциаль
ный разговор, — попросил Мейсон. — Я хочу поговорить с
миссис Сэди Хепнер, телефон: Уобэш, девяносто восемь —
тридцать два — двадцать шесть. Когда ответят, запишите раз
говор на магнитофон.
Пока Делла Стрит сообщала номер телефона и просила телефонистку соединить ее как можно быстрее, ибо дело не терпит отлагательств, в комнате царила напряженная тишина. Наконец она сдепала знак Перри Мейсону, и тот взял трубку.
Миссис Хепнер? — спросил Мейсон.
Да,я миссис Хепнер, — ответил голос.
Миссис Хепнер, мое имя Перри Мейсон. Мне крайне не
обходимо связаться с вашим сыном Дугласом Хепнером. Не ска
жете ли вы мне, где его можно найти?
— Вы не звонили в Лас-Вегас? — спросил голос.
А он там? — поинтересовался Мейсон.
Он звонил из Барстоу дза или три дня назад... подожди
те минутку, это было... сейчас я вам скажу точно.., это было
тринадцатого, вечером тринадцатого.
Он звонил вам по пути в Лас-Bsrac?
86
— Да, он оказал, что хотел повидать меня, но, очевидно, не может этого сделать.
— Вы случайно на знаете, где он останавливается в Лас-Вега
се или что он там делает и... и с кем он там?
— Нет, на эти вопросы я не смогу вам ответить, мистер
Мейсон. А собственно, чем вызван ваш интерес?
Да, а не окажете ли вы мне, — спросил Мейсон, уходя от
ответа, — ваш сын женат или холост?
Холост, а что?
Я слышал, что он и Элеонор Корбин, которая...
О, конечно, Элеонор Корбин, — ответил голос. — Да, он
звонил мне... О, это было недели две назад. В то время он был
с Элеонор Корбин. Но когда он позвонил мне из Барстоу, то
уже был с другой девушкой, которую представил мне по теле
фону, назвав ее Сюзанной. А могу я узнать, почему вы интере
суетесь- его местопребыванием, мистер Мейсон, и почему вы
звоните именно мне?
Просто он мне очень нужен, — ответил Мейсон, — а ни
какого другого способа найти его у меня нет.
А чем вы занимаетесь, мистер Мейсон? Вы что, репортер
газеты?
Нет. Определенно нет. Я — адвокат.
Вы представляете моего сына?
Нет. Но он меня интересует в связи...
Тогда я намерена, мистер Мейсон, поговорить с сыном,
прежде чем отвечать на ваши дальнейшие вопросы. Прощайте.
На другом конце провода послышался щелчок.