Она оглядела зал в поисках оружия или хотя бы более подходящей одежды, под плащом, кроме золотой сети, на ней ничего не было.
Зал выглядел огромным и пустым. Старые облезлые гобелены местами поседели от плесени, огромные окна, закрытые плотными шторами, почти не пропускали свет, и потому здесь царил полумрак.
Зал производил впечатление заброшенности, запустения и несметного богатства его хозяев. Пол, вымощенный полированной перламутровой плиткой, всё ещё отсвечивал всеми цветами радуги, с трудом пробивавшимися из-под слоя грязи. Покрытая пылью паутина свешивалась с гобеленов, расшитых жемчугом и золотыми нитями. Лепные каменные украшения стен и потолка говорили об утраченном искусстве каких-то древних художников.
Вряд ли всю эту красоту могли создать похитившие её дикари, здесь что-то не так. Она продолжала искать необходимые ей предметы, но чья-то рука предусмотрительно сняла со стен зала когда-то развешенное здесь оружие. Элия заметила несколько выцветших отметин на гобеленах, оставшихся на месте висевших здесь мечей и кинжалов. Вряд ли они помогли бы ей… Какое другое оружие может она противопоставить грубому насилию? Нужно найти способ хотя бы выиграть время… Сейчас это главное для тех, кто штурмует стены… Она услышала чьи-то шаги, гулко отдающиеся под высокими сводами зала, и, стремительно вернувшись к ложу, приняла прежнюю позу — её враги не должны знать, что силы вернулись к ней. Она заранее сжалась от отвращения, ожидая вновь увидеть перед собой лицо Каро, но вошла женщина… Не в силах сдержать изумления, Элия приподнялась на локте.
— Ты росска? Здесь? Почему я тебя не знаю?
— Я не росска. Я из племени нувов. Мне поручили объяснить тебе кое-что. Внизу мало знают о племени летунгов. Пугают ими детей, рассказывают всякие ужасы.
— Не говори мне о летунгах! Летунги должны погибнуть! — Элия не смогла сдержаться и сразу же пожалела о своём порыве. Опасно в её положении высказывать вслух всё, что она думает. Нувка усмехнулась.
— Может быть, они и погибнут. Их осталось не так уж много и с каждым годом становится всё меньше. Остатки древней могущественной расы, они знали немало тайн и владели несметными богатствами, кое-что у них ещё осталось, ты в этом скоро убедишься.
— Зачем мне их богатства?
— Не спеши отвергать их даров и не показывай так открыто своих чувств, иначе тебе не прожить здесь и месяца. Я покажу тебе комнаты. Вообще-то в этом дворце никто не живёт, так что можешь считать его своим.
— Спасибо за подарок!
— Побереги чёрную иронию для летунгов и не теряй времени. Ты должна одеться, привести себя в порядок. Каро ждёт нас.
— Для него я не стану одеваться! — слишком поспешно заявила Элия.
— Тогда пойдём так. Думаю, ему это понравится, особенно если ты оставишь здесь этот мужской плащ.
Элия вспыхнула.
— Говори, где одежда!
— Она наверху, в твоих комнатах.
Странный город ждал их снаружи. Он состоял из нескольких ярусов. Дворец, из которого они вышли, находился в самой верхней части города. На улицах не встречались ни прохожие, ни экипажи. Лишь над их головами время от времени проносились чёрные тени летунгов. Но их казалось слишком мало для такого огромного города.
— В нижней части уже никто не живёт. Старые здания постепенно разваливаются, только наружную стену время от времени ремонтируют.
Элия молчала, стараясь опрометчивым замечанием не прервать рассказ своей спутницы. Она дала себе слово впредь быть осторожней, накапливать сведения и искать выход. Искать возможность спастись или хотя бы выиграть время. С тоской она окинула взглядом массивные каменные стены, словно высеченные из единого камня. Ни трещин, ни проёмов. Их высота не меньше четырёх человеческих ростов. Осаждающим нелегко будет прорваться…
Словно угадав её мысли, нувка сказала:
— Там, внизу, за стенами пропасть. Без крыльев сюда не добраться. Не жди помощи оттуда, надейся только на себя. — Элия с удивлением посмотрела на свою спутницу, она всё никак не могла понять, кто перед ней — друг или враг?
— Ты сама здесь давно ли?
— Давно.
— Зачем я понадобилась Каро? — не удержалась Элия от вопроса, в который уж раз выдававшего её волнение и страх.Нувка искоса посмотрела на неё и недобро усмехнулась.