Обезьянка схватила с тарелки свежепосоленный огурец.
— Да что ж ты, окаянная! — замахнулась на нее домоправительница.
Обезьяна запустила огурцом в режиссера со злыми глазами и, схватившись за голову, потешно закружилась по комнате.
Они поднялись на второй этаж, в просторный кабинет Савельева. Это было единственное место в доме, где царил порядок. Все остальные помещения огромной дачи наводили на мысль о безалаберности хозяина, о сибаритстве и пренебрежении к условностям.
Ни жена, ни домоправительница Дуся не могли победить умение Савельева создавать беспорядок. Хаос царил повсюду. Фризе чувствовал в этом нарочитость, но не мог понять ее природы. Ему казалось, что даже в облике дома — приземистого, разбухшего от нелепых пристроек и галерей, скрыт какой-то непонятный умысел — ведь внутри дача была спланирована на удивление удобно и рационально. Да и в облике самого Романа, в том, каким он подавал себя окружающим и каким был на самом деле, чувствовалась нарочитость.
Савельев сбросил с себя рубашку, достал из холодильника упаковку «Хейникен», бутылку «Московской».
— Жрать не хочешь?
— Кусок черного хлеба не помешает.
— Дуся! — завопил Савельев. _
— Рома, что ты орешь? — с укором поинтересовалась домоправительница, появившись через минуту. — Сам же звонков по всем комнатам наставил.
— Дусечка, забываю я про эти чертовы звонки. Да и живой голос приятнее слышать. И для потенции врачи рекомендуют кричать.
— Чего кричал?
— Володька черного хлеба хочет.
— И соленого огурчика, если можно, — добавил Фризе.
— Вы что, собираетесь здесь отсидеться? Роман, внизу серьезные люди собрались. Сам же и пригласил.
— Надоели они мне! Надоели. Каждый день одни и те же. Куда ни пойди, одна компания. Тусовщики!
— Хозяин — барин. — Домоправительница вздохнула. — Анатольев, кстати, сценарий тебе принес. Говорит — гвоздь сезона.
Они выпили не закусывая. Дуся с хлебом и огурцами поспела только к третьей.
Фризе и Савельев не были закадычными друзьями. Соседи по даче, симпатизирующие друг другу. Встречались от случая к случаю. Общих интересов — кроме того, чтобы приятно провести время — они не имели. Не были связаны деловыми отношениями. И это придавало их встречам особую прелесть.
— Вовка, мы с тобой должны поехать на кабана. Как только откроют охоту…
— Ну-ну! Который год ты поешь эту песенку, а ездишь с генералами.
Фризе хотел продолжить их традиционную пикировку, но Савельев вдруг стукнул ладонью по голове:
— Что я нынче купил Володька! Сейчас покажу.
Он легко вскочил с дивана, достал из шкафа коробку с яркой наклейкой. Владимир уже по этой картинке понял, что сейчас увидит.
В коробке был самый современный прибор ночного видения. Фризе видел точно такой же на специальной выставке в МВД.
— Вот! Знаешь, что за хреновина?
— Знаю.
— С ней мы на кабака и отправимся. Я тебе ее отдам. Не насовсем, не надейся. На охоту. Блеск! Да, сыщик? Да? Опробуем?
Роман погасил в кабинете свет. Осторожно, чтобы не привлекать внимание гостей на веранде, открыл окно и стал всматриваться через окуляры во тьму. Время от времени он отпускал короткие восхищенные замечания:
— Ни хрена себе! Ну блеск! Хорошо бы еще сквозь юбку показывал!
Насмотревшись, передал прибор Фризе:
— Позырь, старикан.
Видно было и вправду хорошо. Владимир оглядел сад. В мангале еще тлели угли. Лица у парней были усталые и злые. Рядом хозяйские собаки сосредоточенно грызли косточки.
Потом Фризе осмотрел дорогу.
Одинокий мужчина с кейсом шагал по обочине, время от времени спотыкаясь на недавно положенной щебенке. Владимиру почудилось, что он слышит хруст щебенки.
Па обочине стояла машина с погашенными огнями. Иномарка с утолщенным, словно обух топора, багажником. Скорее всего «Вольво» или «БМВ».
Рядом с машиной маячил мужчина. Наверное, кого-то ожидал, потому что все время вертел головой в разные стороны.
«А ведь он стоит рядом с моим домом, — подумал Владимир. — Может, кто-то ко мне в гости приехал?»
Он перевел окуляры на свой дом и замер. По узкому карнизу второго этажа уверенно двигался еще один мужчина. В считанные секунда он открыл окно, перекинул ногу через подоконник, потом подтянул вторую ногу и исчез в доме.
На окнах второго этажа датчиков тревожной сигнализации не было.
— Ну что, старикан, впечатляет? — поинтересовался Роман. — Клевая штуковина?
— Клевая! — прошептал Владимир. Испытывая непривычное для себя замешательство, он не мог оторвать взгляд от своего дома. Кто так ловко проник в него? Вор? Предупредить Романа, чтобы вызвал милицию? Мчаться к даче? Но это значит — опять схватка, а схватки не бывают без потерь. Даже если ему повезет и потери понесут злоумышленники — перспективы малоприятные.