Круто развернулся и рванул к дверям поместья. Пора поднимать всех по тревоге.
Энергия бурлила в венах, толкая тело вперёд с нечеловеческой скоростью. Ботинки взметали в воздух облака колючей снежной пыли, обжигающей лицо, пока нёсся обратно к главному входу в дом. Сердце колотилось где-то в горле. Успел ли я? Не добрались ли ублюдки Малина до моей семьи?
К моему глубочайшему облегчению, когда влетел в зал, тяжело дыша и отряхивая снег с плеч, увидел всех своих жён, детей и большую часть верных домочадцев, что сбились в напряжённую кучу. Я пока не знал, удерживал ли их здесь кто-то из невидимых приспешников гнома, или же это Ирен с Мией проявили благоразумие, собрав их вместе, как только главарь Консорциума убрался восвояси.
В любом случае плевать на домыслы, главное, что они живы и все в сборе. Я судорожно выдохнул, чувствуя, как отпускают ледяные тиски страха.
Но расслабляться некогда, время утекало, как песок сквозь пальцы.
Шагнув в центр зала, громко, с силой хлопнул в ладоши. Резкий звук разнёсся под высокими сводами, словно пистолетный выстрел, мгновенно обрывая шокированные шепотки, женские всхлипы и встревоженный гул персонала. Все взгляды скрестились на мне.
— Слушать мою команду! — рявкнул я, вкладывая в голос всю сталь, на какую был способен. Главное — не создать паники. — Запускаем план эвакуации. Немедленно! Кору, открывай портал! К тому моменту, как он стабилизируется, мы должны уйти. Бросаем всё, что не успеваем унести. Жизни важнее шмоток!
— Куда мы идём? — спросила наша Проходчик. Она уже стояла с прикрытыми глазами, концентрируясь на заклинании, а вокруг её мощных рук сгущалась мана, закручиваясь в искрящиеся воронки.
— Первым делом к Мароне, — отрезал я.
Мэриголд ясно дала понять, что и Мароне тоже грозит смертельная опасность, и это ещё больше усложняло наши и без того непростые планы эвакуации. Логичнее было бы сразу отступить в наш секретный лагерь в Диких Землях, но я, чёрт возьми, не собирался заставлять Кору рвать жилы и тратить резерв, открывая сначала портал в лес, потом ещё один, чтобы вытащить Марону, а затем третий, чтобы перебросить её со всеми людьми к нам. Маны могло просто не хватить, да и Система не любит суеты.
На то, чтобы добраться до баронессы обычным путём и вытащить её, моего маленького сына Дарина и её служанок в безопасное место, ушло бы слишком много драгоценного времени, а в нашей ситуации каждая секунда промедления могла обернуться чьей-то смертью. Я не собирался рисковать ни Мароной, ни своим ребёнком.
Хвала всем богам, и особенно Мие за мою паранойю. Мы готовились к этому сценарию с того самого дня, как бросили вызов Консорциуму. Всё необходимое — припасы, артефакты, сменную одежду, которую мы не использовали в повседневном обиходе, уже давно упаковали в особые мешки, оставалось лишь сгрести то, чем пользовались ежедневно. Все наши сокровища, ценности, зелья и походное снаряжение для выживания в глуши давнов были готовы к транспортировке. Привычка всегда иметь при себе «тревожный чемоданчик» сейчас буквально спасала нам жизни.
Кроме того, у нас имелся чётко прописанный план отхода. Прямо сейчас мои гвардейцы и следопыты носились по поместью, выполняя экстренные задачи. Если ситуация позволит, наша штурмовая группа совершит молниеносный набег на местное отделение Конторы и выгребет из хранилищ все золотые монеты и векселя, до которых смогут дотянуться.
Жаба душила оставлять этому ублюдку Малину хоть один медный грош. Если он ещё не обчистил Контору сам, то это должны сделать мы, теперь это вопрос принципа.
Раздавая короткие отрывистые команды, я чувствовал себя капитаном тонущего галеона. Вода уже хлестала в трюмы, палуба уходила из-под ног, но я обязан сохранять лицо и ледяное спокойствие, чтобы команда не сорвалась в истерику. Каждое покорное «да, Артём» и «как скажешь, любимый» от моих жён отзывалось тяжёлым сосущим чувством вины в груди.
Я бросил быстрый взгляд в коридор. Комнаты, которые ещё вчера вечером наполняли звонкий смех, тепло и жизнь, сейчас стремительно пустели, в них заселялся холод. И эта стремительно наступающая мёртвая пустота моего дома пугала меня сейчас гораздо больше, чем банда вооружённых до зубов гномов-головорезов.