Выбрать главу

И сколько времени прошло? Влад огляделся. Его мучители сидят на тех же местах. Темно. Вряд ли это уже следующий день. Все та же ночь. Что они сделали с ним в этом медицинском институте, какую операцию?

Влад пошевелил кистями: руки работали, ноги тоже. Нигде никакой боли.

— Не парься, мужик, — сказал Лысый. — Все с тобой в порядке. Просто был медосмотр, только и всего.

— Под наркозом?

— Ага. Это чтоб ты не трепыхался.

Свернули с шоссе и плавно влились в поток кольцевой автострады. Лысый извлек на свет и щелкнул в воздухе узкой полоской ткани.

— Такова инструкция, — с деланной грустью вздохнул он.

Влад смиренно позволил завязать себе глаза: шпионская составляющая триллера вновь вышла на первый план.

В полной темноте безглазья он пытался считать плавные изгибы дороги, всем телом чувствуя силы инерции, но вскоре понял, что это всего лишь маневры джипа при перестройке из ряда в ряд. Съезд с кольцевой был все же чувствителен, но вот понять, на какой из московских радиантов они вышли, Влад не мог даже приблизительно: машина, огибая столицу с севера, могла пройти любое возможное расстояние. Далее чувствовались прямые, изгибы и повороты, затем — частое вилянье. Что-то вроде контрольно-пропускного пункта, где явно открывали шлагбаум.

Вот он, секретный объект! Значит, догадка была верна: волею случая он оказался похожим на кого-то, чью роль предстоит сыграть. При чем же тут Наталья? Возможно, играть придется на пару с красивой женщиной. Меж соратниками не должно быть личных отношений, они даже подпишут определенные обязательства, но… Долго они будут бороться со своими чувствами, пока наконец чувства не победят их. Да, именно так, думал Влад, когда его спустили по лестнице и вели явно уже подвальным коридором. Врагов-то они победят с красивой, спортивной соратницей, а вот чувства…

— А что ты с него повязку не снял? — раздался в ночи голос Лысого.

— Да забыл просто, — ответил Полностью лысый, освобождая зрение Влада от пут.

Свет показался нестерпимо ярким. Когда восприятие восстановилось, перед глазами предстала картина настолько зловещая, что Влад непроизвольно сглотнул и оглянулся, как бы вопрошая: не мерещится ли ему все это — именно по той простой причине, что еще не привыкли к свету глаза?

Они находились в сводчатом подвале. Стены были сложены из массивных каменных глыб. Прямо перед ним стояло старинное деревянное кресло, в его спинке были натыканы острые колышки, с подлокотников свисали медные дуги. Не было никакого сомнения в том, для чего предназначается такое кресло.

6

Влад пошатнулся, почувствовав, что реальность перед глазами желтеет, плывет. Ему казалось, что он видит и то, что происходило в этом кресле века назад, и то, что произойдет совсем скоро.

— Это музейный экспонат, — сказал Лысый.

Он подошел к креслу и лязгнул медной дугой, которая ладно вошла в паз на подлокотнике.

— Вот сюда, — сказал он с наигранной важностью в голосе, — вставляется рука. Затем, — он принялся крутить барашек, похожий на огромный ключ, — червячная передача подает к руке пластину с шипами.

— При необходимости под креслом можно развести огонь, — добавил Полностью лысый. — Впрочем, тебе бы надо немного отдохнуть с дороги.

Владу казалось, что он не сможет двинуться с места, но его подтолкнули. Следующая комната, отделенная от камеры пыток массивной железной дверью, также антикварного вида, выглядела как обычный обезьянник. Когда скрипы и шаги стихли, Влад тяжело опустился на нары. Героический шпионский боевик превратился в зловещую криминальную драму. Вот оно! Им и вправду нужен труп с его лицом. Но не просто труп, а изувеченный, со следами истязаний. Которые ему устроят еще при жизни, конечно.

Извини, друг. Это просто работа. Ничего личного.

Какое мне дело, что ничего личного! Почему так всегда говорят убийцы в кино? Можно подумать, что жертве важно, есть ли у них к ней что-то личное или нет…

Влад просидел неподвижно, наверное, с час.

Ведь он вполне мог убежать в дороге, кинуться к полицейским, просто заорать во всю глотку, а на остановках вокруг было полно людей. Убежать, скрыться. Не видеть этого кресла. А с бабами — пусть делают что хотят. Да если бы он знал, что ждет его здесь! Убоялся бы ли он шантажа, расправы с семьей?

Какая дикость! Прожить целую жизнь, стремиться к успеху, переживать, чувствовать, и все это лишь для того, чтобы стать манекеном в чьей-то чужой игре. И только потому, что лицом он оказался похожим на кого-то, вписался в систему, на самом деле — оказался не там и не в то время. Где — не там? В инете, на сайте знакомств.