С тяжелым вздохом я встал и, неохотно оставив детей, направился за Ирен, чтобы позвать её на совет, хотя прямо сейчас её телом управляла Мия. Богиня с энтузиазмом возилась с Иэном, катая его на спине.
Прежде чем я успел подойти и что-либо сказать, мальчишка настойчиво дёрнул Мию за воротник платья.
— Мама! — требовательно заявил он, глядя ей в глаза. — Мне нужна мама!
Мия остановилась и ласково прижала его к себе, поправив растрепавшиеся волосы.
— А я тебе ничем не могу помочь, мой сладкий? — с наигранной обидой спросила она.
Малыш торжественно и очень серьёзно покачал головой.
— Ма-моч-ка!
С драматичным вздохом богиня передала контроль. Её поза мгновенно неуловимо изменилась, черты лица смягчились, и в глазах появилось то самое глубокое, спокойное тепло, присущее только Ирен.
— Что случилось, милый? — мягко спросила жрица, привычным жестом поглаживая Иэна по голове.
— Тинки! — воскликнул сын, выразительно указывая пальцем на свои штанишки.
Ирен, которая в этот момент каким-то образом уже успела материализовать в руках толстую книгу заклинаний, покачала головой с бесконечно нежной улыбкой.
— Иэн, неужели это мама Мия научила тебя просить именно меня поменять тебе подгузник?
Малыш совершенно искренне и торжественно кивнул, подтверждая коварный план богини. Ирен только обречённо вздохнула.
— Ох уж эта интриганка! Конечно, идём.
Она подхватила сына на руки и отнесла его под раскидистое дерево, где специально для таких случаев всегда лежал мягкий матрас, к ней уже направлялась Клавдия, неся чистый подгузник и влажную мягкую ткань.
— Ну что, мой маленький герой, давай-ка приведём тебя в порядок, — проворковала Ирен.
— Скажи, Иэн правда так легко отличает тебя от Мии? — поинтересовался я, с восхищением наблюдая за ловкими и уверенными движениями жены.
Ирен с улыбкой подняла на меня глаза, не переставая возиться с застёжками.
— О, он мог делать это с самого первого дня, — заметив моё искреннее удивление, она тихо и мелодично рассмеялась. — Дети куда восприимчивее, чем мы, взрослые, привыкли думать. К тому же согласись, Мия очень сильно от меня отличается. У неё совершенно другая походка, другая осанка, она иначе держит его на руках, у неё другие интонации в голосе. Даже её сердцебиение, когда она перехватывает контроль, быстрее, она ведь само воплощение чистой энергии и хаоса.
Выражение лица Ирен стало слегка насмешливым, а руки продолжали умело переодевать малыша.
— В конце концов, Артём, ты ведь и сам различаешь нас почти мгновенно, с чего бы нашему сыну, который проводит с нами буквально всё своё время, не уметь того же? Да и большинство других детей в поместье прекрасно понимают, кто именно сейчас перед ними.
Справедливое замечание. Я часто задумывался, почему дети так спокойно воспринимают тот факт, что две совершенно разные личности, обычная женщина и древняя богиня, делят одно тело. Наверное, для них в этом безумном мире магии и Системы это абсолютно обыденная вещь, просто как явление природы.
— Просто из любопытства, — хмыкнул я, присаживаясь рядом на корточки, — как вы вообще делите обязанности по воспитанию Иэна?
Ирен закатила глаза, брезгливо откладывая грязный подгузник в сторону.
— О, всё предельно просто. Мия носится с ним по всему саду, катает его на спине, играет в лошадку и втихаря кормит сладким. В итоге я возвращаюсь в сознание совершенно измотанной, а Иэн скачет по стенам от переизбытка энергии. Ей каким-то чудесным образом удаётся мастерски избегать всей грязной рутины и оставлять себе только веселье.
Я не мог сдержать широкой улыбки.
— То есть, если я правильно понял, она у нас «весёлая мама-праздник», а ты «строгая и ответственная»?
— Именно! — Ирен очаровательно надула губки, что делало её невероятно милой. — И мне каждый раз приходится вести с ней изнурительные внутренние переговоры, просто чтобы заставить хоть ненадолго поменяться ролями, — она опустила взгляд на свою талию и мрачно добавила. — А хуже всего то, что она сегодня слопала целую гору конфет! Клянусь Системой, каждая съеденная ею сладость откладывается слоем жира на моих бёдрах!
Я оценивающе окинул её взглядом. Честно говоря, Ирен выглядела всё такой же потрясающе стройной, подтянутой и желанной, как и в день нашей встречи. Более того, после родов она вернула себе идеальную форму так быстро, что это вызвало немалую, хоть и добрую, зависть у остальных девушек в гареме. Жрица в теле, полном божественной жизненной силы, всегда притягивала мой взгляд, заставляя кровь бежать чуть быстрее.