Я нахмурился.
— Зара, я никогда над тобой не смеюсь в таких вещах, обещаю. Что стряслось?
Маленькая гоблинша тяжело вздохнула.
— Я давно хотела поговорить с тобой о том, как ко мне относятся последователи Мии. Может, это прозвучит как-то нелепо…
Внутри меня мгновенно сработала боевая тревога, я подобрался, мысленно перебирая варианты. До сих пор я ни разу не видел, чтобы жрецы относились к Заре иначе как с глубочайшим почтением, может, даже с излишним обожанием.
Неужели эти фанатики позволяют себе лишнее, когда меня нет рядом?
— Они тебе грубят? Проявляют неуважение? — мой голос лязгнул металлом, а свободная рука рефлекторно сжалась в кулак.
— Нет-нет! — испуганно пискнула Зара, широко распахнув глаза. — Не знаю, может, это вообще не проблема, просто… — она беспомощно махнула рукой. — Ай, наверное, я говорю глупости.
Я заставил себя расслабиться и снова начал мягко перебирать пряди её волос, успокаивая нас обоих.
— Знаешь, давай ты просто расскажешь мне, что чувствуешь, а я сам решу, проблема это или нет? Иногда свежий взгляд со стороны здорово прочищает мозги.
— Хорошо, — выдохнула Зара, сдаваясь. — Понимаешь, они все… относятся ко мне как к своей лучшей подруге, постоянно ищут повод провести со мной время, спрашивают совета по любому поводу и хвалят, Артём. Безостановочно хвалят за каждый вздох, как ребёнка.
Я с трудом подавил улыбку. Боги, я-то уж приготовился кого-то убить!
— Ну, ты и правда потрясающая, — совершенно серьёзно заметил я. — Неудивительно, что они к тебе тянутся.
— Да, но это уже чересчур! — в отчаянии настояла жена. — Это какая-то пугающая, неестественная милость. С другими женами они просто дружелюбны и почтительны, а со мной… Со мной всё как-то иначе. Я просто не знаю, как на это реагировать, мне некомфортно.
Я тяжело вздохнул, начиная понимать корень проблемы.
— Зара, ты же знаешь, как они поклоняются Ирен, а Ирен и Мия души в тебе не чают. Вполне логично, что этот культ обожания проецируется и на тебя.
— Даже с ними иногда бывает непросто, — с нежной, но усталой улыбкой призналась Зара.
Ну да, наша Верховная Жрица и сама богиня невероятно трепетно относились к Заре, всегда выделяя её. Без всякого сомнения, они любили весь наш огромный гарем, но маленькая гоблинша, моя самая первая спутница, всегда занимала в их сердцах отдельный, неприкосновенный пьедестал.
— Я понимаю, о чём ты, — я нежно коснулся губами её виска. — Посмотри на это с их стороны. Ты первая женщина, которую я встретил на Валиноре, и за которой Мия наблюдала с самого начала. Богиня видела, как расцветала наша связь, она узнавала меня через тебя и в итоге влюбилась в нас обоих. Мия сама говорила мне, что ты для неё особенная, ведь ты прошла с нами весь путь, с самых низов. Неудивительно, что её последователи переняли эту святую привязанность, для них ты живая реликвия, символ начала всего.
— Ох! — Зара моргнула, переваривая масштаб трагедии, служить «живой реликвией» ей явно не улыбалось.
Я прижал её к себе так крепко, насколько позволял спящий между нами Юра.
— Я знаю, каково это. Всегда чертовски странно, когда абсолютно незнакомые люди ведут себя так, будто знают всю твою подноготную и считают тебя лучшим другом, идолом, за которым готовы идти в огонь без лишних вопросов. Поверь, мне самому до сих пор иногда требуется время, чтобы просто не свихнуться от этого фанатизма.
Жена подняла на меня изумлённый взгляд.
— Я… я и не думала, что ты тоже от этого страдаешь, ты всегда такой уверенный.
Я усмехнулся.
— Как муж их обожаемой Верховной Жрицы и чемпион их богини, поверь, я прекрасно тебя понимаю. Мне постоянно приходится напоминать себе, что да, я их не знаю, но они знают меня, ну, или думают, что знают. Эта вера заставляет их уважать меня и идти за мной на смерть, но, признаю, иногда их обожание слишком душит.
Зара вдруг тихо, коротко хихикнула, прикрыв рот ладошкой.
— Как тогда, когда Ирен и Триселла набросились на нас в том борделе?
Я тоже не сдержал тихого смеха, хотя мы тут же замерли, когда Юра недовольно засопел и заворочался во сне.
— В яблочко! Но несмотря на всю их навязчивость, намерения у них кристально чистые, они искренне хотят заботиться о тебе.
Зара задумчиво кивнула, потёршись щекой о мою грудь.
— Наверное, ты прав, — выдохнула она, и напряжение начало покидать её крошечное тело. — И всё же… как думаешь, я могу попросить их немного сбавить обороты?
Я искренне, беззвучно рассмеялся.
— Поверь мне, они это переживут. Я регулярно провожу подобные воспитательные беседы с Ирен, Мией и остальными, — я поймал её взгляд, заставляя смотреть мне прямо в глаза. — Зара, послушай меня. Ты имеешь полное право сказать им «стоп», если их любовь становится слишком тесной. Обозначь границы, отведи Ирен в сторону и скажи ей об этом прямо. Ты не обязана молча терпеть дискомфорт только ради того, чтобы казаться хорошей, моя жена не должна испытывать неудобств в собственном доме.