Кору стояла в центре зала. Её мощное мускулистое тело напряглось, а красная кожа блестела от лёгкой испарины. С характерным хлопком, отдавшимся звоном в ушах, она закрыла пространственный разрыв за спинами уходящих эльфов. Часть затраченной маны вернулась к ней, и орчанка, не теряя ни секунды, начала плести новую формулу, портал обратно домой, в Вольный. В воздухе снова резко запахло озоном и электричеством.
Глава 4
Результаты встречи с Селисией превзошли все мои ожидания. Она принесла не только обещанный список, но и детальные выписки по финансам короны за последние три месяца. Свитки пахли старым пергаментом и сургучом, а ряды цифр скрывали каждую крупную сделку на уровне королевства Харалдар и личных поместий дома Сильварин. Для меня, как для командира, привыкшего искать уязвимости в чужих цепочках снабжения, это было сродни доступу к закрытым сводкам всего королевства — настоящая золотая жила.
— Отец, кажется, удивился и обрадовался моему желанию активнее участвовать в управлении королевством, — произнесла принцесса, передавая мне увесистые пакеты с тщательно скопированными документами. Её тонкие пальцы слегка подрагивали от возбуждения.
— Думаю, он считает, что моё недавнее неодобрение его реакции на ваши набеги побудило меня попытаться изменить Харалдар к лучшему. Король уверен, что это сделает меня более эффективной правительницей и станет неким сдерживающим фактором для моего будущего мужа, — Селисия лукаво улыбнулась, поправляя выбившуюся светлую прядь. — И он не ошибается… по крайней мере, в том, что касается части моей мотивации.
Я усмехнулся про себя.
Мы провели с принцессой почти три часа, погрузившись в дебри бюрократии. Ирен, моя миниатюрная, но пугающе эффективная жена-жрица, присутствовала на этой встрече с целью предоставить нашей новой царственной союзнице железобетонные доказательства преступлений Консорциума. Как мой главный аналитик и руководитель разведки, Ирен буквально засыпала Селисию вопросами о политическом климате в Харалдаре. Жрица вытаскивала из неё крупицы информации так виртуозно, что принцесса даже не осознавала, насколько важными секретами она с нами делится, а я лишь молча наблюдал, сортируя поступающие данные по полочкам.
Но, конечно, далеко не всё время ушло на сухие цифры и интриги. Тайный характер её новой роли, шпионки и двойного агента в собственном дворце невероятно возбуждал принцессу. От неё исходил сладковатый, дурманящий запах желания. Это слегка напрягало: её наивный энтузиазм кричал о том, что она не до конца осознавала смертельную опасность нашей операции. И я, и Ирен изо всех сил старались вбить в её прелестную головку мысль о том, что Консорциум не прощает ошибок, но адреналин делал своё дело. Для неё всё ещё казалось захватывающей дворцовой авантюрой, где промах грозил лишь выговором от отца, а не ножом в переулке.
А ещё Селисия, кажется, была почти так же ошеломлена самой атмосферой нашей семьи, как и тайной операцией. Её очаровывали строгая собранность Ирен, озорная энергия моих лисичек-близняшек, Селины и Сияны, и мягкое, почти домашнее тепло Лили. Жёны смотрели на неё без придворного высокомерия и без скрытой враждебности, поэтому принцесса постепенно расслаблялась, всё чаще отвечала на шутки и всё реже пряталась за выученной маской наследницы. Что же касается меня… По словам моих жён, эта благородная девственница испытывала ко мне огромную симпатию, смешанную с трепетом, и я не возражал закрепить этот союз самым приятным из доступных способов — но одной страсти мало. Селисии нужно было почувствовать, что её не используют как удобный ключ к королевским архивам.
В какой-то момент пергаменты были отложены в сторону.
Когда мы наконец вернулись к дыханию, словам и реальности, Селисия выглядела растерянной, счастливой и испуганной одновременно.
— Так, хорошо, всё, — строго произнесла Ирен, хотя её голос всё ещё слегка дрожал от пережитого напряжения. — Мы могли бы тонуть в этом хаосе эмоций весь день, но нам нужно срочно вернуться к работе. Консорциум сам себя не уничтожит.
Её командирский призыв встретил дружный хор разочарованных вздохов и несколько смешков. Селисия, явно вошедшая во вкус уже не только запретной близости, но и самой непривычной свободы, попыталась было возразить, что документы никуда не убегут. Ирен только подняла бровь. Спор закончился мгновенно. Принцесса виновато улыбнулась, Лили заботливо поправила на ней складки шёлка, а лисички шёпотом пообещали, что в следующий раз устроят ей куда менее мрачный урок семейной дипломатии. Быстро умывшись, Ирен снова превратилась в собранного и опасного аналитика, после чего решительно направилась к столу с документами.