Невероятное удовлетворение от того, как слаженно сработал наш механизм массовой зачистки, переполняло меня. Трофеи шли один за другим. Я чувствовал холодную гордость профессионала: мы наконец-то настроили схему массового уничтожения.
И хотя где-то на подкорке я всё ещё помнил, что с Сафирой, возможно, предстоит ещё один, более глубокий и личный разговор, сейчас, глядя на горы трофеев и сияющие лица моих женщин, я понимал: мы на правильном пути и становимся настоящей командой.
День продолжался, мы методично зачищали участок за участком. Все, кроме меня и Лили, передвигались верхом на наших ездовых рапторах, перемещаясь между местами появления монстров. С каждым часом слаженность отряда росла, и к вечеру я мог с уверенностью сказать, что мы вполне готовы и к более серьёзным испытаниям.
Хватит топтаться на мелководье!
Вместо того чтобы просить Кору открыть портал к очередной группе тварей уровнем ниже, я дал ей команду перебросить нас к местам появления существ на несколько уровней выше, но всё ещё в пределах этого же региона. Опыт лишним не бывает.
Мы даже решили проверить новую, более агрессивную тактику, добавив в боевую последовательность ещё один шаг: Мизини должна была ударить Огненным Потоком сразу после того, как маги отработают Огненным Кольцом. Идея казалась здравой, но первая попытка вышла, мягко говоря, рискованной. Мне буквально в последнюю секунду пришлось активировать Рывок Гончей, чтобы выхватить Лейланну из зоны поражения и оттащить её в безопасное место подальше от бушующего пламени. Запахло палёными волосами и озоном, но, несмотря на этот адреналиновый момент, всё прошло достаточно неплохо. Мы попробовали ещё раз, скорректировали синхронизацию, и вскоре эта усовершенствованная, чуть более сложная связка работала как часы, а монстры плавились быстрее, чем успевали до нас добраться.
Но одно обстоятельство весь день не давало мне покоя: Сафира. В бою она демонстрировала своё обычное смертоносное мастерство, двигаясь с хищной грацией, но… её фирменных игривых шуток, колкостей и поддразниваний словно не бывало — ни единого саркастичного комментария. Она казалась необычайно, пугающе тихой. Я то и дело ловил себя на том, что хмурюсь, поглядывая в её сторону. Её напряжённое молчание заставило меня всерьёз забеспокоиться.
Поэтому когда день наконец подошёл к концу, и мы шагнули в портал, чтобы вернуться в наш базовый лагерь в Вольном, я сразу же направился к ней. Хотел перехватить её, попросить немного задержаться, чтобы поговорить с глазу на глаз и выяснить, что за чёрная кошка пробежала между нами на этот раз.
Но, к моему искреннему удивлению, не успел я и рта раскрыть, как Сафира опередила меня. Она несколько секунд молча стояла передо мной, нервно теребя края кожаных перчаток, избегая моего взгляда и упорно разглядывая утоптанную землю под ногами, потом с каким-то слишком уж натянутым, хрупким спокойствием произнесла:
— Артём, у тебя есть минутка?
Моё сердце болезненно сжалось. Видеть обычно дерзкую, уверенную в себе рыжую кошкодевочку такой уязвимой и нервной было… дико. В голове тут же пронеслась самая очевидная догадка, и она мне совершенно не понравилась. Сафира хочет уйти из отряда. Наверняка решила, что оставаться в команде — это слишком неловко, слишком тяжело.
Чёрт, только не это!
— Конечно, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Сафира напряжённо кивнула. Развернувшись на каблуках, она повела меня прочь от суеты лагеря к уединённому тихому месту между рядами раскинутых палаток. В воздухе пахло дымом костров и жареным мясом, но здесь было относительно безлюдно.
Она остановилась. На несколько секунд повисла тяжёлая тишина. Я заметил, что она собирается с духом, словно готовится к прыжку, а затем её прорвало, слова полились сбивчиво и быстро.
— Мизини ошибается!
Я мгновенно напрягся, мышцы сами собой подобрались, как перед ударом. Снова интриги? Конфликт в семье?
Она, кажется, уловила мою реакцию и поняла, как двусмысленно это прозвучало, и, панически взмахнув руками, поспешно продолжила.
— Я имею в виду… насчёт того, что я переспала с половиной Теневого Крестового похода! Это неправда, Артём, у меня почти не было любовников с тех пор, как мы тогда сбежали из Кордери. Разве что… только когда мне было невыносимо, до боли одиноко, но даже тогда… Прошло уже больше полугода с тех пор, как я… я…
Она запнулась, не в силах закончить фразу.
Я удивлённо уставился на эту миниатюрную рыжую бестию. Её лицо, обычно такое яркое и живое, сейчас казалось невероятно мрачным и уставшим, хвост нервно подёргивался из стороны в сторону.