— Карлотта совершенно точно в этом уверена. И, надо признать, девочка действительно невероятно красива, хотя, возможно, и не такой неземной красотой, как её сводный брат Нолан, — Лизель перевела свои пылающие глаза на меня. — С которым, смею заверить, тоже всё в полном порядке. Уверена, ты как раз собирался спросить и о нём. Малец уже вовсю летает и болтает без умолку, настоящий любимец всех Цветочных полян.
Я сглотнул тугой ком в горле. Мой сын. Моя дочь.
— Расскажи мне побольше об Ильзе, — попросил я, чувствуя острый болезненный укол в сердце.
Осознание того, что мне смертельно опасно навещать их, пока эта гномья мразь, Малин Медобрук, ведёт охоту на мою семью, рвало душу на части.
— Она здорова? Счастлива? Хорошо ли она растёт? На кого похожа? — вопросы сыпались из меня один за другим.
Лизель шагнула ближе и мягко опустила кончик своего огненно-рыжего крыла мне на плечо, прикосновение оказалось обжигающе-тёплым, как от нагретого на солнце шёлка. Её оранжевые глаза лучились сочувствием.
— Совершенно здорова, Артём. Такая же счастливая и жизнерадостная кроха, как и любой другой младенец, которого я когда-либо видела. Она уже произносит свои первые слова, уверенно ходит и вот-вот совершит свой первый самостоятельный полёт. У неё потрясающий чёрно-белый пятнистый окрас перьев, светлая кожа, чёрные волосы и пронзительные голубые глаза… Совсем как у отца.
Я закрыл глаза, живо представляя себе эту маленькую крылатую девочку, мою кровь. Накрыло отчаянное желание оказаться там, обнять её, зарыться лицом в мягкие детские пёрышки, быть отцом не только на словах, но и на деле.
— Спасибо, — хрипло выдавил я, часто моргая, чтобы прогнать непрошеную влагу из глаз.
Прекрасная женщина-феникс тепло улыбнулась и невесомо мазнула кончиком крыла по моей щеке, стирая невидимую слезу.
— Твоя война — не моя война, Искатель, и я не стану вмешиваться в конфликт или помогать тебе в бою, но я очень хотела увидеть тебя лично и принести тебе весточку о тех, кто тебе так дорог. А ещё… я хотя бы могу стать вашим гидом, показать город и дать тебе немного утешения. Знай, что здесь, в Ардженте, у тебя есть друг.
— Одной этой новости уже более чем достаточно, Лизель, — искренне ответил я, глядя прямо в её пламенные глаза. — Это гораздо больше, чем я вообще смел просить.
В груди разлилось приятное тепло. Напряжение последних выматывающих дней, постоянное ожидание удара в спину и планирование многоходовок немного отступили на задний план. Ради уверенности в том, что мои дети в безопасности, растут и радуются жизни, стоило пройти через любой ад.
Глава 14
— М-м-м, — Лизель, грациозная гарпия-феникс, подалась ко мне.
Кончик её роскошного, отливающего золотом и багрянцем крыла легко, почти невесомо скользнул по моему подбородку, спустился ниже, дразняще очерчивая мышцы груди сквозь прочную ткань доспеха. Горящие глаза, в которых, казалось, плясали настоящие искры, многообещающе заблестели, а в воздухе явственно запахло озоном и какими-то пряными горячими специями.
— Может, я смогу придумать что-нибудь интересное? — её голос дрогнул, понизившись до хриплого волнующего шёпота. — Карлотта осталась в полном восторге от вашей ночи и щебетала об этом без умолку.
Я криво усмехнулся, чувствуя, как по телу пробежала лёгкая приятная дрожь. От этой огненной птички исходила такая густая волна животного магнетизма, что игнорировать её было чертовски сложно. Хотя перспектива завалить такую привлекательную красотку и казалась крайне заманчивой, но прямо сейчас меня ждали дела поважнее.
Вздохнув, я мягко, но решительно отодвинул от себя крыло феникса.
— Звучит как отличное предложение, Лизель, как-нибудь мы обязательно обсудим эту тему, — произнёс я ровным тоном, глядя ей прямо в глаза. — Но сейчас у нас работа. Скажи, есть ли здесь какое-нибудь место, откуда можно увидеть сразу весь город? Мне нужен хороший обзор.
— Конечно, есть, — ответила Лизель с лукавой улыбкой, ничуть не обидевшись на мой отказ. — Хотите посмотреть на него сверху?
Кору, стоявшая рядом и поигрывавшая мощными мускулами, презрительно фыркнула. Судя по её напряжённой позе и недовольно дёрнувшемуся уху, ей совершенно не нравились заигрывания пернатой бестии с её мужчиной.
— Ага, конечно, только я думаю, тебе не под силу поднять в воздух кого-то из нас, — хмыкнула она, выразительно кивнув на меня.
Гарпия от души рассмеялась, запрокинув голову. Её смех походил на перезвон хрустальных колокольчиков, нагретых на летнем солнце.