Наши лазутчики ранее не смогли точно определить его класс, но сейчас Система расставила всё по местам. Класс у него оказался двойным, Легионер и Заклинатель, а это уже серьёзная заявка.
— Осторожно, он заклинатель и тяжёлый щитоносец! — рявкнул я, предупреждая команду.
Не теряя ни секунды, вложил в выстрел ману и спустил тетиву. Огненная стрела с шипением врезалась в полупрозрачный защитный барьер телохранителя, заставив тот жалобно мигнуть и просесть. Сразу же, повинуясь мысленному приказу, активировал навык.
Перекат с выстрелом.
Мир смазался, и я оказался прямо за широкой спиной врага. Короткий, выверенный выстрел в упор, и магический щит со звоном, похожим на бьющееся стекло, разлетелся на тысячи осколков.
Коготь Хищника.
Мгновенно сменил лук на копьё, оружие хищно блеснуло в свете сигнальных вспышек, когда я с размаху ударил тяжёлым древком по ногам заклинателя.
Ублюдок покачнулся, издав хриплый вскрик, в котором смешались боль и искреннее удивление. Да, сам по себе удар почти не ранил его, разница в уровнях давала о себе знать, но тактической цели я достиг: телохранитель потерял равновесие, его щит с грохотом рухнул на ступени. Пытаясь устоять, он нелепо извернулся, подставив толстую шею под выстрел, и тонкая стрела Лили тут же с мерзким чавканьем вонзилась ему под ключицу.
Охранник зарычал, наливаясь яростью, и попытался сделать рывок в сторону моей жены, но Белла не зевала, её лассо, свистя в воздухе, ловко обвилось вокруг толстого запястья, сжимающего меч. Сразу же последовал резкий рывок, и туша 62-го уровня, потеряв с таким трудом восстановленное равновесие, завалилась на бок, глухо матерясь.
И тут в дело вступил Эш. Мой питомец серой молнией метнулся к ногам противника, нацелившись острыми, как бритва, зубами прямо в подколенные сухожилия. Телохранитель, тяжело дыша, попытался стряхнуть ящера и с силой топнул огромной ступней, но велоцираптор оказался быстрее. Оттолкнувшись от пола, он взвился в воздух, метя своим сокрушительным серповидным когтем прямо в выпученные глаза врага.
Легионеру чудом удалось вскинуть свободную руку. Удар пришёлся по касательной, отшвырнув Эша в сторону. Послышался мерзкий хруст кости и отчаянный болезненный визг моего питомца, урод сломал ему лапу.
— Ах ты мразь! — вырвалось у меня.
Но эта отчаянная защита обошлась врагу дорого, потому что ему пришлось полностью раскрыться. Воспользовавшись этим, Лили хладнокровно всадила наёмнику ещё одну стрелу прямо под рёбра, а секундой позже в него влетел двойной магический залп. Сгустки ревущего пламени от Ванессы и Лейланны взорвались на его голой груди, обдав коридор запахом горелого мяса и палёных волос.
И всё же, несмотря на адский шквал наших атак, озверевший мужик 62-го уровня даже голый, застигнутый врасплох и без какой-либо поддержки пёр напролом, как разъярённый медведь. У него оказался воистину колоссальный запас живучести и бешеная воля к жизни, настоящий живой бастион, мать его.
Но, на его беду, на Валиноре цифры решали не всё. Фантастическая живучесть лишь означала, что ему придётся страдать дольше. На разбушевавшегося врага обрушилась мощь почти двадцати опытных бойцов, методично расстреливающих его с безопасного расстояния.
Пока Юлиан суетился над скулящим Эшем, вливая в его сломанную лапу живительную магию исцеления, здоровяк попытался огрызнуться. Пару раз он всё-таки махнул своим тесаком, но Сафира и Хелима слаженно приняли удары на свои щиты, отделавшись лишь лёгкой отдачей. Лязгнул металл, больше он ничего не добился.
— Берём его живьём! — рявкнул я, перекрывая шум боя. Жаба не уставала напоминать, что негоже упускать столько опыта, но живой язык из свиты Гулара стоил гораздо больше.
Под градом ударов, заклинаний и стрел прихвостень Гулара наконец исчерпал силы. Его глаза закатились, и массивное тело с глухим стуком рухнуло на дорогой ковёр, погрузившись в спасительное бессознательное состояние. Белла тут же подскочила к нему, ловко опутывая его запястья и лодыжки толстыми антимагическими цепями.
Остальная часть отряда, не теряя ни секунды, устремилась дальше по коридору. Мы преодолели ещё два лестничных пролёта, взлетев на четвёртый этаж. В нос ударил густой, приторный запах дорогих духов и чего-то неуловимо гнилостного. Прямо перед нами возвышались массивные, богато украшенные позолотой двустворчатые двери апартаментов Гулара.