Я склонился над картой, прикидывая варианты. Холодная пружина тактики уже раскручивалась в голове.
— Значит, мы сыграем по его нотам, но в своём ритме, — медленно произнёс я. — Бьём двумя волнами. Первая волна — шесть отрядов. Вы бьёте по приманкам и средним складам. Лиан, Юлиан, вы в первой волне. Ваша задача — связать их боем, заставить сигнализацию выть и убедить Малина, что мы клюнули.
— А вторая волна? — прищурился Аркон.
— А вторая волна пойдёт по оставшимся четырём главным хранилищам, — отрезал я. — Команды для второй волны мы укрупним в полтора раза. Пока резервы Консорциума будут нестись спасать пустые сундуки от первой волны, мы вынесем основную казну. Кору держим на порталах для мгновенной эвакуации. Ни один мой человек не остаётся на той земле дольше чем нужно.
— Складно, — Юлиан скрестил руки на груди, и в голосе его прорезалась резкость. — Только напомню: мы собираемся строить всю операцию на словах дочери Малина Медобрука. Того самого, кого мы идём резать. Никого, кроме меня, это не смущает?
Сариса не отвела взгляда. Не вспыхнула, не стушевалась — просто посмотрела на него прямо, спокойно и твёрдо.
— Смущать должно другое, командир, — ровно ответила она. — То, что без моего знания его повадок вы полезете туда вслепую. Я знаю, как отец думает, и именно поэтому стою сейчас по эту сторону стола.
— Она права, и вопрос закрыт, — произнёс я негромко, но так, чтобы стало ясно: обсуждать нечего. — План утверждён. Две волны. Шесть и четыре.
Юлиан выдержал мой взгляд секунду, потом коротко кивнул. Уважение, а не покорность — именно то, что мне и было нужно.
Мы уже разбирали цепочку командования по группам, когда дверь без стука распахнулась. На пороге, запыхавшись, встали Сияна и Селина — сёстры-близнецы, мои глаза и уши на чужой земле.
— Прости, что врываемся, — выдохнула Сияна. — Но тебе стоит услышать это сейчас. У границ Вольного зашевелились чужаки. Купцы, которых никто не звал. Задают лишние вопросы про наши патрули, про склады, про то, где живут семьи. Пара новых лиц крутится у переправ третий день подряд.
Сариса выпрямилась, и я увидел, как напряглась её спина.
— Это не обычная разведка, — тихо сказала она. — Отец никогда не щупает просто так. Если он послал людей считать наши патрули — значит, что-то готовит.
Я медленно кивнул, чувствуя, как под рёбрами сжимается знакомая холодная пружина. Мы собирались нанести удар. Но, похоже, по ту сторону доски кто-то тоже двигал фигуры.
— Удвоить наблюдение по всему периметру, — распорядился я. — Сияна, Селина — глаз с этих «купцов» не спускать, но не трогать. Пусть думают, что мы слепы. Марона, подними всё, что у нас есть на их маршруты. Совет окончен. Отдыхайте, пока можно.
Люди начали расходиться. Лиан задержался у двери, хлопнул меня по плечу.
— Мы с Фелицией тут подумали, дружище… Как вся эта заваруша с Консорциумом кончится, хотим уйти в вольные Искатели. Помотаться по миру, пока молодые.
— Вот же неугомонный, — усмехнулся я, но в груди кольнуло непонятной тоской. — Ладно, сначала доживём до победы. Потом отпущу на все четыре стороны.
Когда все ушли, я не пошёл спать. Тихо, чтобы не разбудить нянек, заглянул в детскую.
Они спали. Ирма посапывала, сжав крохотный кулачок. Рядом раскинулся горластый днём, а сейчас притихший Дорин. Чуть поодаль — Иэн, тот самый, кому боги нагадали «великие свершения». Я стоял в полутьме и слушал их дыхание, ровное и беззащитное.
Вот из-за чего всё это. Не карта, не десять складов, не золото Малина.
Перед войной я закрою последний личный долг — доведу до конца то, что откладывал слишком долго. Официально назову Сарису женой перед всем Вольным. Она заслужила это больше, чем кто-либо. А потом сотру «Шалин Гранд» в пыль.
В мире без второго шанса, где смерть окончательна и цена ошибки — не поражение, а чья-то оборванная жизнь, я не имел права проиграть. Не им. Только не им.
Я в последний раз посмотрел на спящих детей и тихо прикрыл за собой дверь.
Глава 20
Смешно, но за все годы в Валиноре я не помнил утра паршивее этого. Не потому, что было плохо, а потому, что я не знал, куда себя деть. Перед засадой всегда понятно, что делать: проверить снаряжение, прикинуть пути отхода, расставить людей, рассчитать дистанцию до врага. Тело само знает свою работу. А тут я стоял посреди собственного поместья, взрослый мужик, командир Теневого крестового похода, Охотник, переживший столько драк, что и не сосчитаешь, и переминался с ноги на ногу, как мальчишка перед первым свиданием.