— Глеб, — обманчиво мягко и предельно терпеливо произнес я, нависая над съежившимся гномом. — Можешь даже не сомневаться, что за этот дешевый трюк мы тебя накажем. А теперь, будь так добр, покажи, что именно ты припрятал в тайнике и поклянись, что на этот раз это абсолютно всё.
Худощавый банкир нервно сглотнул, его кадык дернулся. Загнанный в угол, он нехотя, словно отрывая от сердца, начал выуживать из неприметного потайного кармана камзола монеты из божественного металла.
— Вот и всё, — пробормотал он, выложив на стол ещё одиннадцать блестящих кругляшков.
Мы с Ванессой вопросительно взглянули на Лионелию. Гоблинша утвердительно кивнула, монеты действительно закончились.
Но моё охотничье чутьё вопило, что этот тип выпотрошен не до конца.
— Есть ли у тебя еще какие-нибудь ценности? — прищурившись, холодным тоном спросил я.
— Нет, — слишком быстро и излишне уверенно ответил Грег, однако его бегающий взгляд на какую-то долю секунды, буквально на мгновение, метнулся в темный угол кабинета.
Я даже не успел отдать команду, как Ванесса, словно спущенная с тетивы стрела, грациозно рванулась вперед. Она не стала бить в полную силу, просто легонько, почти небрежно щелкнула банкира указательным пальцем в грудь. Со стороны это выглядело как невероятно легкое прикосновение, но физика Валинора работала по безжалостным правилам разницы в характеристиках.
Глеба отбросило назад так, словно в него влетел разогнавшийся КАМАЗ, он с жутким хрустом врезался в стену. Над головой гнома тревожно мигнула красным полоска здоровья, он мгновенно потерял почти половину. Банкир сполз по стене, хватая ртом воздух, и скрючился на полу. Получив как минимум несколько переломов ребер, он с трудом дышал. Хриплое, прерывистое дыхание наполнило комнату, смешавшись с запахом осыпавшейся штукатурки и кислого пота.
Чтобы пытаться обмануть детектор лжи гоблинского производства надо быть дураком в чистом виде, саркастично хмыкнул я про себя. Глядя на хрипящего Грега, лишь искренне пожалел, что у него такой крошечный запас прочности, слишком уж быстро ломается.
Мы вышли в широкий, богато украшенный коридор. Воздух здесь всё ещё пах озоном, горелой магией и липким страхом. Мимо нас, гремя тяжелыми ботинками, деловито промчался отряд крестоносцев. Парни не теряли времени даром, из соседних кабинетов уже доносился треск ломаемого дерева и звон стекла. Они методично громили сгребали документацию, вскрывали тайники и собирали компромат на Консорциум. Каждый лист бумаги мог стать оружием. Системная добыча — это, конечно, хорошо, но информация в этом мире порой стоила дороже любого золота.
— Можешь немного подлатать этого ублюдка? — бросил я нашему целителю, кивнув на обмякшего Глеба. Тот висел у меня на плече, как мешок с картошкой.
Гном, едва сдерживая истеричные рыдания, судорожно втянул носом воздух. Исцеляющая магия теплым золотистым светом окутала его помятую тушку, приводя в чувство, но гордости ему это не прибавило. Я бесцеремонно закинул его на плечо поудобнее и потащил в сторону вестибюля, попутно раздавая команды по внутренней связи отряда.
— Готовьте портал, живо! И обеспечьте перехват семьи этого недомерка; нельзя оставлять их Консорциуму, иначе его разговорчивость быстро сойдет на нет.
— Ты… ты разрушил мою жизнь. Ты же понимаешь это? — мрачно, с надрывом прохрипел гном, болтаясь у меня на плече и глотая сопли.
Я не удержался и рассмеялся прямо ему в лицо. Мой искренний, жесткий смех эхом разнесся по мраморному коридору.
— Ты связался со злом, Глеб, с Консорциумом «Шалин Гранд». Тебе, мать твою, следовало бы ноги мне целовать и благодарить за то, что мы вытащили тебя из этого дерьма до того, как они решили бы пустить тебя в расход. Думаешь, Малин оставил бы тебя в живых после такого эпичного провала?
Мы спустились по широкой парадной лестнице в главный вестибюль, где уже царил организованный порядок. Мои ребята жестко контролировали периметр, а толпа пленных клерков и охранников жалась по стенам, стараясь не отсвечивать. Через пару минут воздух в центре зала дрогнул, пошел рябью, и с тихим гудением открылось вращающееся зеркало портала.
Я обвел тяжелым насмешливым взглядом перепуганных сотрудников конторы.
— Благодарю вас за вынужденное сотрудничество, дамы и господа! — громко, с издевкой произнес я, перекрывая гул пространственного перехода. — Если у вас возникнет непреодолимое желание выразить недовольство по поводу потерянных сбережений или разгромленных кабинетов, пожалуйста, направляйте все свои официальные жалобы прямиком Малину Медобруку. Уверен, он оценит вашу преданность.