Его смех разнесся над полем, вызвав ответное эхо в рядах гвардейцев. Я же лишь смерил его холодным взглядом. Идиоты, они думают, что это рыцарский турнир.
— Битва начнётся через десять минут, — сухо объявил я, пропустив его браваду мимо ушей. — Все ваши люди подготовили турнирное оружие? Маги проинструктированы, как именно должны работать их заклинания в тренировочных условиях?
Адаптация магии для учебного боя — тот еще геморрой. Местные заклинатели не могли чуть-чуть поджарить, например, огненным шаром; если маг жахнет, то это гарантированные ожоги третьей степени и, скорее всего, билет в один конец. Поэтому мы разработали сложную систему маркеров и сдержек, но она работала только при условии, если к каждому долбаному заклинателю приставить отдельного судью или Арбитра.
С бойцами ближнего боя всё обстояло не лучше. Когда Система вела настоящий бой, она сама складывала урон, броню и сопротивления в понятный итог. А здесь? Здесь нужно брать уровень бойца, прикидывать его характеристики, учитывать свойства оружия и высчитывать, сколько раз ему нужно нанести удар по противнику, чтобы тот считался выведенным из боя. В формате дуэли «один на один» это еще можно как-то контролировать, но в массовой схватке, где смешались кони, люди и площадные заклинания, нереально.
Поэтому местные обычно пользовались топорным, дедовским методом: тупо считали попадания. Десять ударов деревянным мечом для мага в тряпках, двенадцать для кожи, пятнадцать для кольчуги и двадцатка для бойцов переднего ряда вроде Защитников. Вся эта шаткая конструкция держалась в буквальном смысле на честном слове: ты должен сам считать, сколько раз тебя огрели, а потом театрально падать в грязь, изображая труп.
. В пылу рубки, когда адреналин бьет по ушам, а в глазах темнеет, ты хрен вспомнишь, ударили тебя восьмой раз или одиннадцатый. Да и хитрожопых, которые будут игнорировать «смертельные» раны ради победы, тут хватало с избытком.
Но, к счастью для всех нас, земной опыт не пропал даром, а еще у меня в распоряжении имелась Мариль с её талантом иллюзионистки.
Я окинул взглядом поле. Прямо сейчас над головой каждого участника висела полупрозрачная, слегка светящаяся шкала здоровья, моя гордость и личный патент в этом фэнтезийном мире.
Всё просто: полная шкала — сочный зеленый цвет, снесли половину запаса — желтый, на последнем издыхании — тревожный красный. А если шкала падала до нуля, над макушкой неудачника загорались массивный черный череп и оповещение «выведен из боя».
Глядя на это светящееся великолепие, я даже почувствовал легкий укол ностальгии. На самом деле такая система оказалась в разы информативнее реального боя. В обычной резне на мечах хрен поймешь, жив враг, притворяется или просто потерял сознание от болевого шока. Раны здесь, на Валиноре, ощущались по-другому, если только тебе не отрубили конечность.
Конечно, даже гениальная Мариль не смогла бы удержать в голове состояние сотен бойцов одновременно, именно поэтому к нашему контуру мы подключили Каиру Чёрную.
Оказалось, что она обладала просто феноменальной, нечеловеческой способностью к многозадачному наблюдению. Каира могла охватывать взглядом всё поле боя, фиксируя каждый удар, каждую царапину, каждое движение, и благодаря своим ментальным способностям без задержек транслировать этот массив сведений прямо в разум Мариль. Драконица выполняла роль основного узла наблюдения, а иллюзионистка занималась видимой оболочкой.
Забавно, что в процессе настройки этой системы они спелись и стали подружками, и теперь парочка выступала гвоздем программы любой нашей вечеринки: Каира вытаскивала из памяти воспоминания о тысячелетних полетах над древними мирами, а Мариль превращала зал в невероятные, захватывающие дух пейзажи. Они вместе создавали иллюзии такой плотности, что можно было почувствовать ветер с несуществующих гор.
Глядя на бравых командиров, которые все еще ждали правильного построения невидимого противника, я едва сдерживал хищный циничный оскал.
Они свято верят, что готовы к настоящей войне? Думают, что Консорциум будет воевать с ними по правилам благородных рыцарей? Ну-ну, наивные дети. Сейчас я устрою им проверку на крепость нервов. Простите, ребята, но в настоящем бою враг не станет ждать, пока вы выстроитесь в красивые квадратики.
Холодный азарт командира, готовящего жестокий, но чертовски полезный урок, окончательно вытеснил остатки похоронной скорби. Я засунул два пальца в рот и во всю силу своих легких издал резкий пронзительный свист, заглушивший гул толпы.
Оглушительный рёв сотряс воздух, ударив по барабанным перепонкам с силой физического толчка, и я машинально напряг ноги, впитывая вибрацию земли. Новобранцы вокруг меня вздрогнули и пригнулись, в панике озираясь по сторонам. Из-за ближайшего холма, заслоняя солнце своими гигантскими крыльями, вырвался огромный чёрный дракон.