До этого момента мы несли минимальные потери, и я чувствовал себя довольно уверенно. Внутренний скупердяй радостно потирал лапки, ведь мы даже не пустили в ход все наши резервы: ни смертоносных ловушек для бойцов ближнего боя, которые могли бы перемолоть любого, кто сунется к нашим обманчиво тонким линиям защиты, ни магических бомбардировок с воздуха от Каиры.
Но Малин был не из тех, кто просто сдается. Именно в этот момент он выложил свой козырь на стол.
Появились Лазутчики Консорциума. Не десятки, а сотни, которые обрушились на наших магов, заставив их отступать под прикрытием охраны. И все они уже находились среди нас.
Проклятье!
Офицеры Малина, должно быть, всё это время держали их под чарами глубокой невидимости, чтобы Лютик не смогла засечь их своим Ясновидением. Оказалось, что армия врага, которую мы оценивали в две тысячи голов, на деле насчитывала все две с половиной. И судя по тем мелькающим силуэтам, что я успел выхватить глазом, все эти пятьсот являлись высокоуровневыми убийцами от 50 до 60 уровня, причём почти все тёмные эльфы, чьи движения отличались отточенной, почти механической координацией.
Конечно, нас не застигли врасплох полностью, вокруг наших позиций заранее расставили магниевые фальшфейеры, чьи вспышки отлично выявляли силуэты невидимок, а наблюдатели бдели во все глаза, готовые поднять тревогу.
Но когда против тебя действуют пятьсот невидимых высокоуровневых убийц, которые терпеливо отсиживались в обороне, просчитывали идеальные маршруты и выбирали безупречный момент для стремительного удара, защититься от такой массированной атаки было практически нереально.
— Лили, за мной! — рявкнул я. Голос сорвался, прозвучав скорее панически, чем авторитетно.
Мы с женой мгновенно вырвались из локальной схватки, включив Рывок Гончей на максимум, и помчались по периметру поля боя, чтобы прийти на помощь нашим магам и их страже. К нам присоединились несколько лучников, активировавших Быстрый Шаг, чтобы не отставать от моего темпа.
Ветер со свистом бил в уши. Я видел, как Мисини оказалась на волосок от гибели, клинки убийц почти достали её. Моё сердце болезненно сжалось, но в следующую секунду её перебросило прямо к Савве с помощью заклинания Цепь Свободы.
Элариэна внезапно оказалась скрыта мерцающим барьером, который продержался ровно столько, чтобы Харальд со своей командой успели подняться из замаскированных укрытий. Они обрушились на атакующих Лазутчиков такой плотной стеной стали и магии, что смогли подавить их первый натиск.
Фух! Я с шумом выдохнул, чувствуя, как ледяной пот струится по спине.
Всё это было спланировано заранее, хотя в кровавой неразберихе об этом легко забыть. Мы предвидели, что Консорциум попытается забросить своих диверсантов в наш тыл, чтобы вырезать самых уязвимых и тактически важных людей, лекарей и магов, а потому команду заклинателей окружили достаточным слоем защиты, чтобы они могли пережить первый удар до прихода нашего подкрепления.
Я почувствовал мощный прилив облегчения, мои жёны и наши товарищи выстояли.
— Назад на позиции! — крикнул я Лили и лучникам, разворачиваясь.
Они сейчас нужнее на передовой, потому что внезапное появление диверсантов грозило обернуться тотальной катастрофой для наших тонких линий обороны.
После пережитого меня накрыло холодным ужасом, который мгновенно вытеснил адреналин. Пятьсот невидимых тёмных эльфов… Как Лютик могла их пропустить? Сердце заколотилось о рёбра, как пойманная в клетку птица.
— Только не маги, пожалуйста, только не они! — шептал я про себя, лихорадочно выискивая взглядом своих жён и до боли сжимая рукоять лука.
Битва только начиналась.
Глава 13
Вероятно, главной ошибкой Консорциума и нашим самым большим, мать его, везением стало то, что они так долго держали в укрытии свои резервы во время первой стычки с нашими передовыми силами. Этот стратегический просчёт создал условия для перелома, но воспользоваться им нам ещё только предстояло.
Я стоял на небольшом возвышении, натягивая тетиву до легкого, но отчетливого скрипа, и наблюдая намётанным взглядом охотника и командира, как внизу разворачивается кромешный ад. Воздух густо пропах едкой гарью, вскрытыми внутренностями, озоном от сорвавшихся заклинаний и перепревшей железистой кровью. Боевые отряды Консорциума, ослепленные яростью и адреналином, с ревом бросались на наши рубежи и с тошнотворным хрустом проваливались в замаскированные волчьи ямы, глубоко насаживаясь на толстые деревянные колья.