«Как ты прав, – юноша смотрел в потолок, еще раз прокручивая в голове его слова, – как ты прав. Я только спущусь туда, сфотографирую все тексты с чертежами и вернусь домой. Ты дал хороший урок в усыпальнице. Спасибо за заботу обо мне…»
Чтобы не бездельничать несколько месяцев и заработать денег на поездку, Сахемхет предложил свои услуги как промышленного альпиниста Главе Службы древностей Египта доктору Ахмату Дамани. Для того подобное было в диковинку, но, когда молодой человек объяснил суть, Дамани охотно принял его на временную работу. Как оказалось, новому зданию Каирского музея, как и старому, требовался частичный косметический ремонт. Строительные леса и подъемные машины портили внешний вид и для заделки небольших сколов краски были нерентабельны, а один человек вполне справился бы с такой задачей.
Анна и Мария всюду следовали по всюду за своим дедушкой, даже пытались спускаться по стенам, однако Аджари-Карнарвон младший быстро поставил рамки для их бурной деятельности. Они только готовили цементный раствор в маленьких ведерках для заделки трещин, разводили краску под тон старой, стояли внизу и цепляли небольшие емкости к тросу.
Когда работы по ремонту фасадов были закончены, Глава Службы древностей вызвал Сахемхета со всеми документами в свой кабинет. Молодой человек шел по коридору, такому знакомому до боли, читал таблички, как и четверть века назад. Остановившись и постучавшись в дверь, он вошел в кабинет. За отцовским столом сидел доктор Дамани и разбирал бумаги.
«В прошлый раз наш разговор быстро закончился, но сегодня я хочу познакомиться с Вами поближе, – затараторил мужчина. – Присаживайтесь».
Аджари-Карнарвон младший сел на стул напротив, положил папку на колени.
«Сказать, что я доволен проделанной работой, ничего не сказать. Я восхищен! Вам еще полагается неплохая премия за экономию на технике».
Молодой человек смущенно улыбнулся.
«Итак, – продолжил Дамани, – позвал я Вас не за этим. Документы принесли?»
На стол легли два диплома и паспорт.
– Хорошо, – мужчина начал с документа, удостоверяющего личность. – Вам бы его поменять на паспорт нового образца. Скажите, Вы не родственник одного из моих предшественников – Сахемхета Аджари?
– Его внук.
– Тогда понятно, почему возраст в документе и Ваша живая внешность не совпадают. Говорят, в Вашей семье не стареют… И вы потомки фараонов четвертой династии…
– Второе верно, – произнес Сахемхет, – а вот первое можно отнести только к моему деду и мне. Мы оба были в гробнице Птаххетепа, и нам повезло, что остались живы.
– А таинственная библиотека, о которой говорилось в дневнике Аджари, есть на самом деле? Или это художественный вымысел? – в глазах мужчины замерцал таинственный огонек предвкушения чего-то выходящего за рамки традиционной археологии. – В последние годы Стефана тошнило от одного упоминания о ней, а Вы как?
– Я поеду на поиски, – твердо сказал юноша, – потому что она реально существует. Хоть отец и старался выбросить ее из головы, но дал мне разрешение на раскопки.
Он достал из папки лист гербовой бумаги с печатью и подписью предыдущего Главы Службы древностей, положил на стол.
– Сейчас одного разрешения мало, – вздохнул мужчина и по очереди открыл дипломы Сахемхета. – А кто Вы по профессии? Инженер-строитель! Минералог! – воскликнул он. – Как Вас не выгнали из дома за такой выбор? Все Аджари-Карнарвон или египтологи, или антропологи. Вы нонсенс в этой семье.
– Дедушка посоветовал выбрать эти профессии, если захочу добраться до библиотеки. Поэтому никто ни слова не сказал, да и хлеб ни у кого из родственников не отберу.
– Так, я оформляю Вас на постоянную работу в Службу древностей как специалиста по технике безопасности при проведении археологических работ, совместителя-минералога в музейную лабораторию, выдаю удостоверение личности и разрешение на исследование местности на предмет безопасности новых раскопок. Это поможет избежать конфликтов с полицией, если попадетесь им. Артефакты не берите, когда будете возвращаться обратно. Припрячьте – потом вернетесь за ними. У министра культуры очередной заскок по поводу разграбления национального достояния.