В небе появилась точка, вынуждая отвлечься от мыслей, и присмотревшись, Рус, увидел золотую колесницу, запряженную, огромными лебедями. Ощутив нечто знакомое, но давно забытое, он неожиданно для себя пронзительно свистнул, чем немало обескуражил трехголового любимца. Пес застыл на месте, и с непониманием уставился на хозяина, но, поняв, что тот сосредоточил свое внимание на небосводе, тоже уставился туда, и призывно гавкнул. От этого гавка, казалось, вздрогнула земля, колесницу тоже встряхнуло, а лебеди всполошились и загалдели.
Априус призывно помахал рукой, и колесница как-то неуверенно, начала снижаться, а из памяти всплыли лица и имена, тех кого, когда-то он вывел в этот мир. Сваргена, Патара, Элиды, Додолы, Перена и Велса. А так же их собратьев — Ондера, Даждена, Живаны, Таруса, Агуни и Хорса, из которых, минимум двое стали солнечными божествами, может, это кто-то из них? Хотя тут в этом мире, такое переплетение божеств и пантеонов, что это мог быть кто угодно.
Тем временем, колесница снизилась до самой земли, и села, а златокудрый и лучезарный возница громко проорал:
— Ты не имеешь надо мной власти, посланник Мары. Передай Ящеру, пускай отваливает, не бывать мне в его чертогах. Это говорю я Аполлон!
Ни чего, не отвечая, Априус продолжал, молча всматриваться в говорившего молодца. А его любимец наоборот, вновь звонко гавкнул и понесся к колеснице. Солнечное божество явно занервничало, и вновь прокричало:
— Эй ты, попридержи пса, я же сказал — вы надо мной не властны.
Априус наконец-то уверился в своих предположениях, и прокричал в ответ:
— Слышь парниша, а ты часом не Дажден будешь, вернее Радогош?
Златокудрый вздрогнул, и уставился на Априуса:
— А ты сам-то кто будешь?
— Не узнал что ли? Ну да, лет то, небось, минуло о-го-го. Русом меня кличут.
Златокудрый парень вздрогнул еще раз, покинул колесницу, уже не опасаясь цербера, и бросился к Априусу. Блистающий и Темный обнялись, пристально глядя в глаза друг другу, не находя слов, Наконец Радогош, хлопнул, давнего приятеля по плечу, и проговорил:
— Глазам своим не верю, ты ли это друже? Где пропадал, как сам? Где твой барс? Сколько лет… А я… А мы…
— Да успокойся, еще поговорим, остальные где? Как вообще, вы тут поживаете?
— О, да мы тут боги, и не у одного народа. У нас, по несколько имен, по несколько атрибутов власти. По несколько подвластных нам, краев. Так что, все путем. А с другими божками, которых тут хоть пруд пруди, договариваемся кое-как. Хотя иногда и случается столкновение интересов, тогда бьемся, тем или иным способом. Но ты-то где? Все в своих Темных Царствах правишь? Давно уже в статусе единого бога, поди?
— Ага, как же? Я ведь тогда, после битвы за Даарию, спровоцировал Узурпаторов, на сражение с моими армиями, возле мира под названием Веста, и… все пошло не так, как думалось.
— Проиграли?
— Нет, в ничью, получилось. Но мы заставили себя уважать, как мне тогда казалось. А потом оказалось, что они могут и не впрямую действовать… Прислали вызов, под видом объединения светлых Сил, применили какую-то неведомую мне магию, ну я и поперся с небольшим войском, выяснять кто да что. В общем, кончилось все полным разгромом моей дружины, и моей физической смертью. Да еще и Пробой, хотели устроить в той Области Сферы — еле предотвратил, ну а сам, того…
— Но поскольку ты сейчас передо мной, жив и в плоти то?
— То, удалось вернуться в плотский мир. Ценой потери свободы, и территориальных ограничений. Плюс обязанности навесили.
— Это кто же?
— Да есть в Сфере, Сокрытые Силы. Лучше тебе и не знать. Кстати знакомься это Трезор. И уже Трезору: — Дай Дажд… Аполлону лапу. — И снова златокудрому другу. — Или как там тебя называть?
— Ну даже и не знаю, меня еще Даждьбогом кличут, но не тебе, меня так звать. Зови как удобней.
— Ну тогда Даждем, и от старого часть и от нового. Меня кстати зовут Эсгалдирном, теперь, таково имя мое.
— Что значит оно?
— Ну вообще-то, полным оно звучит так — Эсгал-Иль-Дирн, и обозначает Тайный Звездный Хранитель.
Даждь, как-то странно посмотрел на него, а потом вдруг неожиданно поклонился.