— Корень проблем не в сексе, а в отношении. Точнее, в перспективах, — строго смотрю я на жену-сводницу, — У нас с тобой есть перспективы, а также они присутствуют в отношении детей Асуми. Не её самой. Русская вообще не попадает в это уравнение.
Дальше идем молча, но на подступе к школе, Мана удивленно переспрашивает:
— Даже Асуми?
— Даже она, — киваю я.
Конго связался со мной, переслал запись боя, на котором Хиракава «спалилась». Дурная девчонка. Она занижала свои возможности весь турнир, причем не только не показывая, но и двигаясь медленнее, атакуя слабее. У неё все получалось. Однако, стоило ей проблеваться на глазах у публики, как резьбу сорвало целиком и полностью. Она выбила дух из своей противницы совершенно излишним образом, работая на всю катушку.
Этот эпизод я счел характеризующим моментом. Синеглазая хафу всегда была чересчур импульсивной и темпераментной, но здесь она подставила нас без какого-то особого повода… насколько мне известно. Что именно проделала с ней эта лучевая техника — оставалось только гадать.
Возле школы шла массовая драка. Приглядевшись, я понял, что не совсем драка, а пародия на неё. Две большие группы школьников, в нашей униформе и… не в нашей, яростно мутузили друг друга настолько неумело, что это кололо глаза. Без оружия, но с огромным энтузиазмом. За этим бардаком наблюдало несколько разных групп. Учительниц, призывающих школьников к порядку жалобными голосами, я в расчет брать не стал, а вот стоящий в отдалении Рио с руками в карманах интересовал тем, что стоял не один. Рядом с ним на весь этот бардак смотрело двое чужаков. Выглядели все так, как будто не собираются ничего предпринимать, а лишь составляют ему компанию.
Направившись к ним, я оценил другую группу наблюдателей. Хмурый лысый учитель истории, Хаташири Ода, стоял вместе с преподавателем физической культуры и медсестрой, внимательно оценивая творящееся безумие, но, вроде, тоже не собираясь никого разгонять.
Девушек, кстати, не было видно вообще. Ни единой. Даже из окон школы никто не выглядывал.
Недоуменно переглянувшись с Маной, я направился к Рио. Тот встретил нас ехидным вопросом:
— По шкале от одного до десяти, насколько я должен быть милосердным, сообщая тебе, что тут творится?
— Пятерка, — тут же отозвался я.
— Какой ты скучный, — сморщил нос мой друг, — В общем, это те, кто не наши, они из Старшей Технической школы Аракавы. Дерутся все, кроме тех, кто занимается единоборствами. Причина — поссорились в интернете, обсуждая девушек из школ…
— И, как понимаю, обидели этих самых девушек? — хмыкнул я, обменявшись взглядами с незнакомцами, прислушивающимися к нашему диалогу.
— Всех, до единой, — ехидно улыбнулся Коджима, — Ну, кроме Маны. На её фотографии молятся всей страной. На те, из аквапарка… Это, кстати, вполне тянет на основную причину, почему тут никого из девушек нет.
Раньше я даже не догадывался, что человек способен настолько быстро и сильно покраснеть. Причем парни покраснели тоже, но слабее.
— В таком случае, — принял решение я, — Нам нет смысла здесь задерживаться. Звонок скоро. Идемте в класс.
— Преподаватели тут, — резонно оказал Рио.
— Это их проблемы.
Пока мы втроем шли ко входу в учебное заведение, вежливо обходя массовую драку, к нам решила подбежать Каматари-сенсей, вся взволнованная и взбудораженная.
— Кирью-кун! — выдала она, чуть не пав мне на грудь, — Ты можешь это остановить?!!
— Могу, но не имею права, сенсей, — не стал юлить я, — Если хотите, попросите Коджиму и вот, Ману. Они вполне справятся.
— Они…? — глаза преподавательницы литературы стали круглые, — К-как?
— Просто изобьют всех, — любезно пояснил я.
— Э, нет, давай без меня, — тут же решил отмазаться «грязный блондин», — Тут человек двести! Если хотя бы десять объединятся — мне будет потно! А вот Мана справится…
Мана, обозревая побоище, сильно засомневалась в своих силах. В принципе, верно. Но мы же это так, к слову? Каматари-сенсею вовсе не надо, чтобы кто-то бил драчунов, ей хочется, чтобы они перестали бить друг друга, а затем, все дружно, пообещали больше никогда не опускаться до наси…
Мана, ловко вывернувшаяся с места, едва успела чуть-чуть пихнуть летящего в спину Каматари ученика, который, взяв разбег на врага, промахнулся. Мазила, уже расширивший глаза от ужаса из-за своей промашки, с облегчением покатился по земле, а вот его противник, бывший не из нашей школы, решил, видимо, что таких высоких женщин не бывает, поэтому можно и ударить высокую фигуру в определенно чужой, совершенно черной, форме. Минус колготок, которые надевает Мана, большая часть девушек предпочитают обходиться без них.