— Всерьез вы спарринговать не будете! — отрезал я, — Потому что оба психи. По чуть-чуть да, можно. Ножи и подручные средства запрещены.
— Может, ты нам еще зубные щетки выдашь? — тут же пробурчал недовольный Рио, оглядывая мой спортзал, — Что за капризы…?
— У вас на лицах совершенно одинаковые выражения, — хмыкнул я, тыча пальцами в обоих, — почти жажда крови. Ваши мозги друг друга оценивают по высшей планке опасности, поэтому только попробуйте в спарринге дернуться опасно — обездвижу на остаток дня. А тебе, блондин, еще и клизму апельсиновым соком поставлю.
— Да у тебя его нет! Я уже проверил!
— Ради такого дела, схожу и куплю. Готовьтесь! Бой!
Как я и предполагал, драку пришлось останавливать почти сразу. Оба психа, что первый, что вторая, тут же среагировали на опасное движение противника, а затем сцепились, еле удерживая себя от удара на убой. В следующую секунду уже катились по мягким матам вдаль, до стенки, но если бы я не предупредил их заранее, то мог бы и не успеть.
— Нельзя вам драться, — поставил диагноз я, — … друг с другом. Берите оружие и выходите против меня. Проигравший не будет есть дынь один год и пить апельсиновый сок один месяц.
— Мана, — слегка раздосадованный, но до сих пор пребывающий в азарте Рио упруго вскочил на ноги, — Нам нужно ушатать твоего мужа!!
Девушка решительно кивнула. Она очень любит дыню в меду.
Вот тут дело пошло куда лучше. Два психа, не видящих рядом с собой поведенческих паттернов, направленных на их уничтожение, оказались очень слаженным дуэтом, заставившем меня всерьез напрячься. Приходилось одновременно отбиваться от нападок двух полностью сбросивших тормоза людей, следить за собой, да еще и перемещаться в ставшем довольно тесном зале. Спустя десять минут я понял, что они не дадут себя победить (обезвредить любым безопасным способом), так что пришлось объявлять ничью… щеголяя полностью порезанной одеждой.
— Вы молодцы! — не скупясь, похвалил я обоих, красных и взлохмаченных, — Теперь Рио можно дыни, а Мане — сок!
Вот после этого меня попытались убить всерьез. Причем, не сговариваясь. Ладно, посчитаем за тренировку возможной боевой слаженности. Мы проводили время так увлеченно, что не вспомнили про Сахарову, а та, выползя из серверной, где сидела в наушниках, попала в спортзал под занавес поединка. Ну и увидела… скромную тихую подругу, зло чиркающую по воздуху остро отточенным танто в опасной близости от моей кожи. Её тревожные вопли и прервали наше занимательное времяпрепровождение.
Затем, дождавшись, пока я выйду из душа, а Рио зайдет, Ленка зашипела на меня укушенной скорпионом змеей:
— Пока вы развлекаетесь, у нас клиент в Норвегию собирается! На месяц!
— И что? — не понял я, — У нас же три имени, мы даже не…
— Это с утра «не», а сейчас да! — Киберсойка была серьезна, а для общения использовала русский, — Я пробила этого фраера, он настоящий зубр! К тому же, если ты его сейчас возьмешь, его никто месяц искать не будет, он на курорт собрался!
Аргумент был по-своему очень хорош.
— Когда он вылетает?
— Послезавтра!
…и время есть.
— Тогда за работу.
— Рио выгони!
Блондин сам выгнался. Приняв душ, он выпил кофе, действуя мне на нервы, а затем убежал проводить инспекцию по «Солнечному цветку», утверждая, что я дилетант. Мол, если стадо молодых кобыл, мечтающих стать айдолами, неожиданно перестало доставлять проблемы, то есть лишь одна причина — их близорукий и ленивый сторож не нашёл способа, которым они эти проблемы продолжают доставлять.
Закрыв за ним дверь и оставшись глухим к требованиям держать в холодильнике апельсиновый сок, я поцеловал мимопробегающую Ману, сказал, что ей сегодня доволен, а затем пошёл с совершенно другой женщиной выслеживать в сети элитного наркомана.
Выслеживать — громкое слово, мы его уже нашли, но нужно было узнать побольше. С этим образовались определенные затруднения, потому что с адреса, откуда этот персонаж нырял в дарквеб, чтобы пообщаться с другими отбросами, никаких легальных соединений не было. Мы узнали, где он живет, выяснили часы его активности, но при этом не узнали ни настоящего имени, ни каких-либо подробностей о жизни.
— Как будто тебе не все равно, — пожала плечами Лена, — Возьмешь его и вызовешь Хаттори.
— Или позвоню тебе по телефону, сообщу его имя, а ты пробьешь.
— Как ты узнаешь его имя, Акира?
— Мы в Японии, Лена. Здесь все вешают табличку с именами рядом с квартирой или перед домом.