именно так. Эмоции хороши лишь в мирное время, когда речь не идет о выживании. Если интерпретация понятий зла и добра лежат лишь в этой плоскости, то я тоже зло, - губы альва тронула едва заметная усмешка. - А что ты злом считаешь? - поинтересовался Найт, закончивший надевать свое снаряжение. - Деструктивные действия не имеющие под собой осмысленных целей и способов их достижения. Они зачастую являются проявлением эмпатии в сложных, стрессовых ситуациях. Как пример, согласно базам данных, после завершения Восстания Ротенхауза, началась охота на метаморфов. В результате которой, помимо их уничтожения, были убиты тысячи невинных людей, которых посчитали "подозрительными" и казнили испуганные горожане. Ими двигали чувства - отвращение, ужас, а также ощущение собственной праведности. Поистине разрушительное сочетание, - ответил Сол уже на ходу, следуя за Ричардом, который направился к башне. - И в чем была их ошибка? Метаморфы действительно представляли угрозу. - Найт ловко перепрыгнул валун у себя на пути, не сводя с альва кошачьих зрачков, ожидая ответа. - В сопутствующих потерях. Напрасная трата жизней которой можно было бы избежать, если отставить в сторону эмоции. Я считаю ошибкой не их цель, а метод ее достижения. - Солард прищурился оглядывая горловину спуска в глубокий провал, на котором витали смутные тени. Каньон Страха представлял из себя узкий, высеченный в скалах проход, заваленный костями. Вряд ли здесь были останки других игроков, но декорации получались жутковатые. Сухой хруст под ногами и узкая щель неба далеко над головой немного действовали на нервы отряду. - Что здесь представляет угрозу? - собранно поинтересовался идущий впереди Ричард, разглядывая хрупкий, обожженный камень стен. - В основном видения. Информации об этой зоне немного, и та с бета-теста. Это место создано для того, чтобы вызывать у игроков глубинный ужас. Но прямой угрозы здесь нет. Просто продолжаем движение, чтобы не случилось, - откликнулся Сол и неуверенно попытался взять Лину за руку. Его лицо было бледным. - Призраков боишься? - спросила девушка, крепко сжав его ладонь. - Прошлого. Я знаю, что мне может привидиться, - шепнул ей альв. Громко говорить здесь не хотелось, стены будто давили со всех сторон, а едва различимые, непонятные символы не позволяли на них сфокусировать взгляд. - Я, кажется, тоже догадываюсь… - стараясь казаться невозмутимой, ответила девушка. Воспоминания о взгляде, направленном из пустоты, пробежали морозом по коже. С каждым шагом тьма вокруг сгущалась, а звуки становились все тише. Вместо спутников оставались лишь очертания, смутные фигуры во мгле. Даже идущий рука об руку Сол сейчас казался далеким, почти недостижимым. Она осталась одна. - Вы признаете свои прегрешения, госпожа Баррет? - по ушам резанул громкий рокот множества голосов, медленно слившихся воедино. Это был Ричард Генар. Его глаза, цвета ранней весны, сейчас были холодны и безжалостны. - Напомню, вы обвиняетесь в уничтожении Вангелоса, предательстве Ордена, а также заговоре с целью уничтожения всего человечества! Вы оплели паутиной лжи капитана Гермеса, что привело к его смерти. Солгали ему о своем происхождении и манипулировали им с помощью воспоминаний о Розе Ветров. Присвоив себе имя павшей! Воздух выбил из груди. Лина растерянно оглянулась. Она была в центре большого овального зала, прикованная к странной железной конструкции. Множество направленных на нее взглядов горели от жаркого негодования. Трибуны вокруг были заполнены людьми, которые когда-то верили в нее и считали героиней. Но сейчас все изменилось. На множестве незнакомых лиц было написано сомнение. - Я… - расстерянно пробормотала девушка, пытаясь понять, как здесь оказалась. Воспоминания были смутные, скомканные, словно перемешанная в кулаке глина. - … пыталась исправить ошибки! И не виновата в смерти моего капитана. - Очередная ложь. Вы остаток проклятого наследия Отравителя. Метаморф, - Ричард повернулся к стоящей неподалеку от него женщине с длинными, темными волосами и собранным видом. - Это капитан Кейлин Истина. Ее младшая сестра стала вашей первой жертвой. Вы поглотили ее душу и память. Признаете содеянное? - Я не метаморф. Я человек! - вскрикнула Лина. Вокруг было слишком много людей, слишком много направленных камер, слишком много взглядов, наполненных подозрением. - Признание не уменьшит вины, но облегчит наказание. Вы не уйдете от правосудия, - Генар шагнул к ней. Не молодой и не старый, словно сын и отец слились воедино, он зло ухмыльнулся и прошептал так, чтобы его не было слышно людям в зале. - Не заставляйте меня переходить к "Плану Б". Раскройте душу, и вам зачтется. Ее окатила волна холодного понимания. Рванувшись в стальных оковах к фигуре мужчины, Искательница прорычала: - Это… Ваши руки дело! Вас обоих. Катастрофу в Вангелосе устроили вы. И вина за смерть Гермеса тоже ваша! - Прискорбно. В таком случае будет "План Б", - с толикой сочувствия ответил Ричард и отойдя назад, к Кейлин, поинтересовался. - Трансляция суда ведется на все города? - Да, разумеется. Ваши обвинения в адрес "ангела Вангелоса" привлекли много внимания. Пора людям узнать правду, - жестко ответила женщина. - Это устройство, - Ричард театральным жестом указал на металлическую конструкцию, в которой была заточена Лина, - настроено на биотоки метаморфов. При его использовании, всем будет открыт ваш истинный чудовищный облик. И это послужит лучшим доказательством совершенных вами преступлений для всех, кто еще продолжает вас считать героиней, - подняв руку он звонко щелкнул пальцами. Немыслимая боль пронзила тело. Она выворачивала изнутри, плоть содрогалась и пыталась адаптироваться, принять единственную форму, что поможет избежать этой пытки. Девушка оглушительно закричала, пытаясь сдержать собственное преобразование. Если она превратится у всех на виду, то потеряет все, что осталось. Заслуженная слава и всеобщее обожание превратятся в презрение и ненависть. От нее отрекутся и заклеймят, она станет никому не нужна и не оставит после себя даже короткой записи в Зале Памяти Ордена. Лина продержалась лишь две минуты, а потом сознание ухнуло в тьму забвения, а тело, стремясь к выживанию, преобразилось. Когда блондинка вновь распахнула глаза, ее плоть покрывал крепкий хитин, вместо рук были длинные, изогнутые косы, а из распахнувшейся сегментированной пасти свисали длинные, тонкие щупальца. - Вот чем является ваша "героиня"! Эта тварь не заслуживает прощения и сострадания! - прогрохотал Ричард. - Приговор может быть только один. Смерть! - Смерть! Сжечь чудовище! Пусть сдохнет в муках! - наполнили зал неистовые крики. "Вот что значит отчаяние и бессилие," пронеслось в мыслях повисшей в стальных тисках девушки. "Этот блядский цирк меня доебал. Подвинься. Сестричка со ВСЕМ разберется," произнес внутренний голос, и Лина стала безвольным наблюдателем в собственном теле. Окутанная фиолетовым пламенем, плоть вновь преображалась. Звонко лязгнули оковы, стальная конструкция дрогнула и развалилась на части от удара огненных крыльев. Вскинув покрытую аметистовым обсидианом, тонкую, когтистую руку, она шагнула вперед и перевела насмешливый взгляд на застывший зал: - Да что вы знаете о чудовищах, люди? Настоящие монстры скрываются во тьме за пределами вашего разума, - от ее быстрого жеста амфитеатр охватило бездымное, испепеляющее пламя. Тысячи собравшихся умерли, не издав звука. Лина вскинула голову и захохотала, под аккомпанемент истошных воплей, вырванных из тел душ. Вспышки бессмысленного, разрушительного ликования ей показалось мало, и она двинулась дальше. Туда, где был целый город, наполненный жалкими, хрупкими смертными. Этот мир был у ее ног, и с каждым убитым, сокрушающая мощь возрастала. От ненависти вспыхнуло небо, окрашиваясь в пурпур и готовясь пролить испепеляющий ливень. - Циклам надлежит завершиться, - проревела она, сгорая от злобы. "Вот чего ты боишься?" - задала вопрос заключенная в теле душа. - Да. Ты меня остановишь? - прошептала Лина вслух, усилием воли потушив свои крылья. - Пока у меня в этом мире есть те кого я люблю, то по крайней мере я попытаюсь. - стремительный удар лапы пробил каркас черной брони и выхватил из груди фиолетово-черное, трепещущее сердце. Искательница обвела взглядом гибнущий город и немедленно его раздавила, вместе с собственным страхом и ненавистью. Опустошающий импульс потух, и наступила баюкающая тишина. Маленькая смерть для уставшего разума. Растворяясь в пустоте, она продолжала шептать себе, напоминая: - Я все еще здесь... Я здесь. Это было похоже на молитву или проклятие. Но ей нужно было проснуться. Там, в настоящем, жизнь еще не была прожита зря. У нее были друзья. Люди, достаточно безумные, чтобы любить ее настоящую. А потому она обязана продолжить свой поиск. - Не думал, что ее больше всех накроет, - донесся издалека знакомый звонкий голос. - Не хочу даже представлять, что способно было ЕЕ так напугать. Найт, Сол, - приглядите пока за этой долбанутой, а я смотаюсь до башни. Пора заканчивать, - от этих слов, все еще находясь в полусне, Лина вздрогнула. Было в них что-то жутко неправильное. - Кэп, в одиночку? Вы уверены, что это хорошая идея? Мы же понятия не имеем, что там может быть, - встревоженно спросил кто-то. - Этот приказ не обсуждается. Я пойду один. Вам, а особенно ей, там нечего делать. Оставайтесь на месте и ждите