После того, как троица вышла на центральный проспект портового квартала, их уже спустя десяток минут остановила парочка встревоженных гвардейцев в зелено-коричневых цветах Семьи Зууле для проверки индивидуальных регистрационных номеров. Ричард бесстрастно протянул свою карту, ничуть не сомневаясь в качестве поддельных документов. После быстрой проверки их отпустили, по улицам слышались шепотки. Люди обсуждали внезапное и драматическое похищение Искательницы, которое успели заснять многие из присутствующих там зевак. Лина едва скрывала улыбку, в голосах многих Зефирцев слышалось неподдельное беспокойство за ее судьбу. Пусть она была фальшивой героиней, но их благодарность была настоящей.
Ричард выбрал небольшой ресторан на краю центральной площади, в конце которой возвышался особняк безумного скульптора, сейчас оцепленный гвардией. Едва они заняли место за угловым столиком на втором этаже, как Лина прикрыла глаза, а когда она их распахнула, они изменили свой цвет на темно-фиолетовый. Жадно и глубоко, до треска корсета, вдохнув свежий воздух, она счастливо потянулась и обратила внимание на принесенное меню. Наблюдавший за ней старик заметно напрягся. Когда они сделали заказ, а официант их покинул, Рич тихо спросил:
— Кто вы такая?
— Ее ангел-хранитель и ваш союзник, капитан. А еще любительница мороженого и красного вина. Не хмурьтесь. Лучше улыбнитесь, чудо, которое вы ждете, обязательно произойдет. — губы Лины разошлись в широкой, дружелюбной улыбке.
— У всего есть своя цена. И я не уверен, что ее потяну. — осторожно произнес Генар, не отводя взгляд от сияющей бездны перед ним.
— Потяните. Ведь вы мужчина. Вам свойственно платить по счетам. А вот Лине, как даме, это совсем не к чему. Она сейчас спит, и этот разговор не услышит. Я хочу дать вам совет, если позволите. — женщина повела плечами, привлекая внимание многочисленных мужчин в зале своей красотой. Но она их не замечала. В сердце той, кто сейчас управляла телом, было навечно запечатлено лишь одно мужское имя.
Солард, сидящий справа от Генара, опустил глаза, не решаясь взглянуть на свою спасительницу. Альв мелко дрожал, напуганный чудовищной неправильностью сущности, что говорила сейчас ее устами.
— С удовольствием выслушаю. Я привык получать дельные советы. Например, от отца. — медленно и четко выговаривая слова, ответил Рич.
— В Солетаде замерзло само Время. Отправляйтесь туда и отогрейте ее, прежде Харграна. Под Вангелосом пылает Энергия, этого вам хватит. С остальным я помогу. — заметив, что официант возвращается, девушка прикрыла глаза и замолчала.
Журчание разливаемого по бокалам вина заставило ее судорожно втянуть носом воздух. Этот аромат она не ощущала очень, очень давно. Тоскливое чувство сдавило грудь, как бы она хотела выпить с другим человеком. Но ей это больше было сделать не суждено. Когда они вновь остались втроем, Лина аристократичным движением подняла бокал, отпила рубиновую жидкость, смакуя каждую ее каплю, открыла аметистовые очи и веско добавила:
— И последнее. Не используйте золото Ротенхауза. Это необратимо, Лина вас не простит. Положитесь на нее, как я решила положиться на вас. — девушка протянула руку с бокалом вперед, через разделяющий их стол, и замерла, излучая поистине королевское достоинство.
— Я подумаю над вашим советом. А сейчас, будьте добры. Верните. Мне. Мою. Женщину. — негромко чеканя слова, произнес Рич. Его голос едва заметно дрожал от напряжения, а гримированный, сморщенный лоб покрылся испариной. Он даже не думал поднимать свой бокал.
Заметив это, Лина убрала руку и вежливо попросила, едва скрывая дрожащее в голосе желание:
— Пожалуйста, дайте мне насладиться мороженым, это недолго. Все-таки она мне его обещала, и я очень ждала угощения. И успокойтесь, я не собираюсь пожирать ее душу, я на диете. — фиолетовоглазая рассмеялась серебристыми колокольчиками.
В этот момент в ее тарелку с вожделенным лакомством звонко шлепнулся потертый кошель, разбрызгав вкусное содержимое посуды, а пьяный, надтреснутый голос нагло заявил:
— Эй, шлюха! Пойдешь с нами, этого точно хватит.
Солард икнул. С дребезжащим скрипом, Лина и Ричард обратили лица к пятерым пьяницам, подходящим к их столику. Мужчины были в форме рядовых с Искателя Грез.