недостаточно сексуальна? — Наоборот, более чем. Просто это совершенно не вяжется с тем образом Девы, что сложился в умах. Меня все устраивает, можешь так и оставаться, давай всем взорвем мозг! — весело ответил Рич. — Нууу, тоооочно. А потом ты всю дорогу меня опять будешь пилить тем, что я выгляжу как проститутка? — строптиво спросила Лина, оглядывая себя в зеркало. — Эти дамы не носят наряды за пять десятков золотых или уже называются иначе — эскорт. И нет, даже будь ты в том ужасном платье, что носила в Вангелосе, никто, даже я, слова поперек тебе не сказал. Уверен, оно просто бы стало новым витком моды. Мы, Лина, уже прошли тот рубеж, когда зависели от чужого мнения. Теперь оно зависит от нас. Так что надевай то, что понравится, и пойдем прогуляемся, — мужчина вновь засмеялся, разглядывая подозрительную мордашку супруги. — Знаешь, возможно, это последний раз, когда я выхожу на люди в гражданской одежде. Так что предпочту не рушить сложившиеся стереотипы и остаться в памяти одетой более… строго, — решила наконец девушка и скрылась за занавеской. Она остановила выбор на длинном платье из синего шелка. Это куда больше подходило надменному облику лазурной богини. Лина Баррет уйдет, не оставив после себя ничего, даже памяти о себе настоящей. Человечеству не нужна жестокая и хладнокровная пожирательница душ. Это его повергнет в отчаяние. Взамен она создаст для них образ, способный вдохнуть надежду. Лучший выбор, что она могла совершить на пути к своей цели. Когда блондинка покинула примерочную, Ричард уже расплатился с хозяином заведения, выкупив весь гардероб и приказав его доставить в залы Клыка. Солнечному мальчику точно понравилось все то, что он видел. Взяв мужа под руку, Лина потерлась щекой о его плечо, стараясь не помять платье. Она решила не думать о том, что их ждет, нужно было следовать совету Гермеса и сосредоточиться исключительно на настоящем: сладкая вата, веселые карусели и широкие улыбки на лицах счастливых детей. В этот раз Ричард вел ее в самый элитный парк развлечений во всем мире, что находился в сердце Вайрна, недалеко от оставшегося без владельца и временно закрытого казино Абиса. Блондинка была счастлива вновь прикоснуться к своей воплощенной мечте. Теперь свидание было настоящим, лишь для их двоих. В Вангелосе Рич согласился её сопровождать лишь по просьбе Гермеса, чтобы спасти Лине жизнь. Сейчас же, ведя супругу под руку, он с гордостью делился своими недавними достижениями в решении внутренних проблем Вайрна, спрашивал её совета, как бы она поступила в той или иной ситуации. А его стальные глаза были наполнены любовью и уважением. Всё вокруг изменилось, но в первую очередь изменились они сами. И это уже нельзя было купить или продать ни за какие деньги. *** Разумеется, их появление в городе привлекло внимание. Вскоре появились и вездесущие репортеры. Ричард на них внимания не обращал до самых серебряных ворот парка, где, повернувшись к собравшимся, очень вежливо и настойчиво попросил дать им с женой побыть наедине или, по крайней мере, не показываться на глаза. Просьба Воина возымела эффект: большая часть журналистов попросту испарилась, решив заняться другими насущными делами. Остался только мужчина в сером плаще с сигаретой в зубах. От него несло перегаром и никотином, словно и он сам, и его наряд были пропитаны ими до основания. — Ирланд Фолк, возможно, вы меня помните, мы прежде сотрудничали, — сделав крепкую последнюю затяжку, представился журналист похоже не испытывающий никакого пиетета к предполагаемой “божественности” своих собеседников. Лина вспомнила его сразу. Сразу после Катастрофы Городов он брал у неё интервью и нахально намекал на её особую связь с Гермесом. — Я уважаю вашу просьбу, но прежде чем уйти, хотел вам задать один личный вопрос, если позволите, — отыскав взглядом урну и отправив окурок в полёт, продолжил он. — На «один» я, пожалуй, найду время. Но не обещаю, что отвечу, — удивившись настойчивости мужчины, произнес Ричард. — Я сейчас составляю хронологию Катастрофы, так сказать, для потомков. И никак не могу понять, что послужило спусковым крючком для вашего отца выйти из тени чтобы столь явно и агрессивно заявить о себе. Может, подскажете? — вынув портсигар, Ирланд сразу же закурил следующую, отчего блондинка поморщилась и отошла. — Лине стало известно о его планах, потому он попытался её заточить и очернить имя. А после её побега ему ничего не оставалось, кроме как действовать, — спокойно ответил солнцеволосый. — Что-то во всей этой истории не сходится. Например, почему он сразу от нее не избавился и именно вас послал вслед? Словно совершенно не ожидал того, что вы его предадите… - наткнувшись на холодный взгляд стальных глаз, Ирлан поспешно добавил. - Впрочем, не отвечайте, правды я знать не хочу. Оставлю в хрониках официальную версию — думаю, этого будет достаточно. Приятно вам провести время, — попрощавшись, репортер, задумчиво дымя, направился вниз по проспекту. — Думаешь, он может доставить проблемы? — поинтересовалась девушка у провожающего репортера взглядом супруга. — За неделю он всё равно ничего не раскопает. А после… Моих планов он не нарушит, да и это будут уже не наши проблемы. *** Парк встретил их негромкой приятной музыкой и шелестом листвы. Вокруг высились старательно выращенные и ухоженные деревья, а газон, мимо которого проходила дорога, сверкал зеленью трав. Вне Плимута это была немыслимая роскошь, доступная лишь немногим. Крепко ухватив мужа за руку, Лина поспешила вперёд, мимо клумб с алыми розами, туда, куда её звал вкусный запах. Первым делом они перекусили вкусными пирожками с натуральной начинкой, сидя на мягкой траве. А затем, делясь своим океаном энергии, блондинка утянула сурового парня вместе с ней скакать на карусели с милыми пони, кормить на пруду лебедей и постоять в небольшой очереди перед павильоном, где продавали мороженое и сладкую вату. Пока девушка веселилась, Ричард не сводил с неё глаз. Несмотря на всё пережитое, в ней всё ещё чувствовалась восторженность и непосредственность, что свойственны детям. Во время резкого спуска на горках она крепко сжимала глаза и цеплялась за его ладонь, словно в поисках защиты. Ела из его рук сладости, словно это было самое вкусное из угощений. А добравшись до стенда, где выстрелами можно было сбить себе в подарок мягкую игрушку, к искреннему удивлению мужа полностью промазала всей обоймой. После этого она протянула пневматическую винтовку и попросила: — Хочу вооон того мишку с забавной мордочкой. Поможешь? Разумеется, достать нужный приз для него не составило никакого труда. Парень сейчас лучше её понимал: Лина старательно воплощала все те желания, что у неё отобрали. Закрывала последний оставшийся лист из книги детских обид. А потому он ей потворствовал. Юная красавица заслужила, чтобы её побаловали, хотя бы один-единственный раз. Это был долгий день, которым юноша искренне наслаждался вместе с возлюбленной. Они успели перепробовать все развлечения, что им могло предложить это место, а уже ближе к вечеру заняли место в кабине колеса обозрения. *** Закат алой краской обагрил горизонт. Лина смотрела вдаль, в глубь ржавой пустоши, не отрываясь. Красное золото заревом пожара отражалось в её синих глазах. Словно она уже была там, в месте, где все закончилась, погиб Гермес и её старая жизнь — в Вангелосе. Потянувшись, Ричард крепко сжал её ладонь, притянул и прижал к груди. На мгновение он испугался, что она просто растает, как призрак. Блондинка в его руках сразу расслабилась и ласково, как кошка, потерлась щекой. Затем негромко сказала: — Знаешь, я нашла свой ответ. Думала, мне потребуется вся неделя, но оказалось проще. Напрасно боялась и так долго тянула. Я была рада вернуться домой и впустить в душу прошлое. Раньше мне всегда казалось, что оно ненастоящее… Лина помедлила, а затем ещё тише добавила: — Впрочем, нет. Что ненастоящая — я. Будто всё, что у меня есть, я просто украла и никогда не смогу сделать своим. А потому могу быть только оружием, инструментом, пусть и вольным самому выбирать себе хозяина. — Меня это порядком бесило, — погладив девушку по волосам, ответил Ричард. — Я никак не мог разобраться, где заканчивается метаморф и начинаешься ты. Теперь я знаю: вот ты настоящая. Верная подруга, заботливая женщина, любящая и весёлая жена. Именно такой бы ты была, если не обстоятельства. Если бы тебя не превратили в убийцу. Но даже несмотря на это, ты остаешься в глубине души добрым человеком, желающим защищать других. — Будь все иначе я вряд ли бы встретила Соларда, Найта, Шольма, Гермеса и, разумеется, тебя. Была бы я счастлива? Наверное. Но уверена, что я и сейчас смогла бы найти себя в мирной жизни, а значит, ничего не утратила безвозвратно. Мне не приходится себя заставлять, и я совсем не скучаю по опасности и чужой крови. Так что, Рич… — Лина отступила на шаг, не отпуская его ладонь, и с нежностью посмотрела в стальные глаза. — Я ни о чём не жалею. Эта жизнь — лучшая, что я смогла бы прожить. Вместе с тобой. — Рад, что ты определилась, любимая. А теперь, может быть, переедем ко мне в особняк? Оттуда до работы добираться было бы проще. Да и ты смогла бы с делами помочь. А то, если честно, я зашиваюсь. Не хотел об этом просить — ты выглядела такой счастливой и умиротворённой. Но в переговорах с Зефиром и, особенно, с Солетадом мне не обой