е всё объяснил, потому она и решила всё это оставить на вас… — Ближе к делу. В чём суть проблемы? — резко перебил его Чёрный, который, судя по голосу, начал терять терпение. — Ты служил под моим началом, Алдан, и тебе прекрасно известно: я всегда достигаю поставленных целей. Не стоит тянуть время и вставать на пути. — Джек сделал шаг вперёд, заставив держащих его на мушке мусорщиков вздрогнуть. От безликого веяло смертью. Но Болт не отступил, лишь сейчас с нехорошим блеском в глазах обратил внимание на капитана Доблести и зло прошипел: — Да, кэп, я прекрасно тебя знаю. А потому в Ноктюрн ты не войдёшь, с оружием или без. Мы впустим только Искателей Ветра. А ты… будь добр — выметайся с нашей земли. Не искушай судьбу: многие у нас ещё помнят Болдарк и жаждут твоей крови. Я в том числе. — На «вашей» земле сейчас лежит мой корабль. И только поэтому она всё ещё ваша, — в зале ощутимо повеяло холодом от этих слов. — Болдарк вы начали потрошить уже после нашей зачистки, словно воры. За это и поплатились. Вам с Эридой не стоило предавать Орден. Чёрный сделал ещё шаг вперёд, его рука замерла у кобуры, а потоки пси-энергии окутали лёгкий доспех. При звуке женского имени Болт побледнел как мертвец, а затем его губы растянулись в неестественно широкой улыбке: — Ты зря её вспомнил, ублюдок. Чёрный действовал на опережение, быстрым, плавным движением выхватив из кобуры реликтовый иглолучевик. Он нацелил оружие прямо в лоб Болту и спустил курок прежде, чем могильщик успел вскинуть своё. Следом загремели выстрелы снайперов, в сторону Искателей полетела граната, а спрятанный в укреплениях станковый пулемёт начал палить, посылая вперёд град снарядов. Поле боя заполнилось дымом. Со стороны лестницы, где оставались бойцы отряда, слышались тревожные крики и топот бронированных ног — они спешили на выручку капитанам. Воцарившийся хаос, словно острый кинжал, прорезал громкий крик Генара, усиленный акустическими системами: — Прекратить стрельбу! Или, клянусь Разрушителем, положу всех собственноручно. Считаю до трёх. На цифре «два» выстрелы смолкли, разрыва гранаты так и не последовало. Окутанный силовым щитом безликий с удивлением смотрел на живого бородатого мусорщика, чьи мозги уже должны были спечься. Все пули, словно растворившись в пустоте, поглотило едва заметное мерцающее поле, возникшее между ними по жесту Ричарда. — Джек, настоятельно рекомендую вам вернуться к своим людям и оставить эту задачу на мой экипаж. Я не в настроении вырезать целый город по вашей прихоти, — Солнцеволосый опустил руку и веско добавил, обращаясь к мусорщикам. — А вы, Болт, имейте совесть. Пока могильщики отсиживались в подземелье, Орден прикончил контрактёра и дракона, искупив причинённое зло кровью. Достаточно жертв! Ненависти здесь больше не место. Его слова прогремели и быстро затихли, пропитанный насилием воздух пьянил, руки крепко сжимали рукояти оружия, а гулкий набат ударов сердца приказывал пустить его в ход. Метастазы кошмара все еще были сильны в этих стенах. Люди замерли ожидая приказа, облаченные в силовую броню, обученные офицеры с Искателя Доблести были готовы отплатить за вероломное нападение на своего лидера. Могильщики жаждали мести, пространство дрожало переполненное напряжением. Зара стоявшая за спиной своего оборотня тонко вскрикнула, окутав перегретые от злой ненависти умы мягкой прохладой: — Пожалуйста, хватит! Мы ведь так страшно сражались, чтобы всех здесь спасти… Джек помедлил пару мгновений, а затем убрал оружие в кобуру, отступив на шаг в сторону лестницы. Капитан Доблести понял что им двигало и в чью ловушку он едва не утянул всех присутствующих. Рубины в маске жгли глаза адским пламенем, предупреждая, как и всегда, что настоящий враг все еще рядом. В его голосе не было вины, или раскаяния, лишь холодная информация: — Алдан, я не знал, что она командовала тем отрядом. Выяснил это, когда уже было поздно. Первыми тогда стрельбу открыли не мы. Ричард, буду ждать вашего возвращения в лагере на поверхности. Развернувшись на месте, безликий чеканя шаг направился в сторону выхода, кивнув своим офицерам следовать. Выстрелов в спину ему не последовало, до хруста сжав зубы Ржавый Болт с усилием, словно отдирая от себя по живому, отпустил хватку на рукояти своего автомата, отчего тот повис на груди и лишь затем, взяв себя в руки, обратился к Искателям Ветра: — Давайте за мной. У нас сейчас паника и эвакуация, новость о том, что вы монстров вздули, ещё не разошлась, но где отдохнуть и починить снаряжение я вам устрою. А затем проведу вас к леди Аделе. Она как раз заканчивает переводить руны, так что полнолуния ждать не придётся. — Полнолуния? — вопросительно вскинул вверх правую бровь Ричард, отметив что могильщики опустили оружие. — Эх, парень, ты что, не слушал ту байку, что я втирал твоей девчушке в бункере? Под нашей станцией находится Ноктюрн — город мёртвых. А попасть туда можно только в полнолуние, ночью. Та шляпа, что вам так нужна, находится точнехонько в его центре. Правда, так глубоко никто из живых ещё не забирался, так что это всё по легендам да видениям одного старого, полубезумного скарджа… — бодро продолжил рассказ Болт, ловко перепрыгнув через пару трупов потрошителей на пути к лестнице. — Там что, правда живут мертвецы? — наивно и слегка испуганно воскликнула Зара, крепко ухватившись за руку Найта. — Ну, как живут… скорее пребывают в ожидании перерождения. И если хочешь с кем-то там встретиться, не надейся. Это место соскабливает воспоминания дочиста, как лист пергамента. Даже у живых. Шесть часов ночи — с заката до рассвета — это предел. Потом уже не вернуться. Растворишься в белизне, забыв всех, кого знал и любил, — серьёзно и горько ответил Болт на ходу. “Охренительная перспектива. Теперь понятно, почему Лина не полезла за Гермесом. Старик умер несколько месяцев назад и в лучшем случае ничем не отличается от новорождённого,” — с уколом ревности и тоски подумал Ричард. Мёртвецов он не боялся. Некоторым из них, пожалуй, даже завидовал. Память — это всё, что остаётся. Ничего больше. Звуки шагов затихают во мраке, звонкий смех и улыбки любимых выцветают, как сон. И приходит покой — бескрайний и безмятежный. Мы уходим, оставляя после себя воспоминания. Это не казалось Ричарду чем-то печальным — скорее красивым и поэтичным. Искателей готовили жить ради этого, вечных странствий и бессмертия в виде сияющих символов в Зале Памяти как величайшей награды. Вполне справедливо что все цветы увядают. Но и эта судьба оказалась ложью. Не будет покоя, не будет вечного сна. Только очищение сознания и новый круг, полный боли, страданий и страхов. Неудивительно, что скарджи готовы на всё, чтобы его разорвать. Под шлемом губы парня искривились в холодной усмешке. Он обязан лично увидеть Ноктюрн. Просто обязан. Чтобы тоже ни о чём не жалеть. Если враг Лины — Судьба, то его противница — Смерть. Пусть и боятся они одного — одиночества. *** Починка снаряжения, настройка систем и небольшой отдых. На всё про всё ушло пару часов. У мусорщиков нашлось необходимое оборудование, и его «Ласточка» была неприхотлива: бронепластины использовались стандартного образца, а новые сервоприводы он доработал практически на коленке с помощью молотка, напильника и богини-Матери. Убедившись, что у могильщиков ему ничего не угрожает, Генар отправил Найта, Шольма, Зару и парочку бойцов “Истины” назад на корабль, оставив при себе только Соларда. Там, куда ему предстояло отправиться, огневая мощь была бесполезна. Затем, в сопровождении Ржавого, он проследовал в зал хрустального купола. Там над головой раскинулось мутное от пролитой крови ночное озеро. Могильщики, привычные к странствиям, уже почти полностью покинули подземную станцию. По пути он видел лишь немногочисленных задержавшихся, упаковывавших в грузовые контейнеры свой скарб. Его провожатый был немногословен, да и Рич не спешил лезть с ненужными расспросами — вряд ли Лина была столь глупа, чтобы обсуждать при нём свои планы. Личность же самого могильщика и тайны его прошлого капитана совершенно не интересовали. Огромное, похожее на амфитеатр, круглое помещение было совершенно пустым. Пол был покрыт вязью рун и замысловатых тайных знаков письменности альвов, что напрямую взаимодействовала с тканью реальности. Адела и Солард были в центре, заканчивая открывать путь в слой пространства, где властвовала безмятежность. Ричард замер у входа, окинув открывшийся вид взглядом. Это была двойная спираль, что пронзала небо сквозь призму озера и земную твердь, уходя в глубины реальности. Понятное и лаконичное описание жизни. «Где рай? Высоко в небесах и у твоих ног», — вспомнилась ему истрепанная веками цитата. Вера в посмертие, как и в богов, — это тоже лишь приятный самообман. Истина была куда проще и прозаичнее. В основе мира лежала даже не ненависть, а холодное безразличие. Его законам было плевать на чаяния каких-то людей. На плечо задумчивого парня опустилась рука, вырывая его из тягостных размышлений, а деловитый голос могильщика позади произнёс: — У тебя будет около шести часов, но чем дольше ты будешь там находиться, тем сложнее будет воспринимать течение времени. Вот, держи подарочек: они механические, электроника в Ноктюрне сбоит, — в руку удобно легла кожаная пряжка, увенчанная небольшим механизмом со стрелками. Генар поднёс ч