руга может стать топливом для пси-технологий, — Лина подхватила черный клинок и, повесив его на пояс, нахально ухмыльнулась Безликому. — Вы напрасно ищете во мне возвышенные мотивы. Я весьма приземленна, как и мой контрактер, которая меня многому научила. — Ты можешь нам о ней что-нибудь рассказать? — осторожно поинтересовался Ричард, обхватив Лину сзади за плечи и опять прижав к себе. Его никак не отпускал страх, что она в любой момент может растаять, как призрак, исчезнуть прямо у него на глазах. Кейлин и Джек тоже навострили уши — им эта информация была ничуть не менее интересна. От такого проявления чувств Лина едва не заплакала от умиления. Похоже, ее солнечный мальчик тоже соскучился. — Уже могу, — послушно кивнула блондинка. — После того что мы с ней устроили в тюрьме экзарха, тайны потеряли всяческий смысл, к тому же Астра все равно покинула наш мир. — Астра? Это имя твоего эндорим? — спросил Рич, взъерошив Лине волосы и заметив, что она погрустнела. — Да, но не равняй ее с остальными паразитами. Изначально она была осколком Ненависти, аспектом Страсти. Души эндорим сегментированы, состоят из разных стремлений, одно из которых является доминирующим, что и определяет их естество. А потому от них можно отколоть кусок, а затем и вовсе его преобразовать, изменив суть. Именно это с ней и произошло, когда она встретилась с экзархом Последнего Цикла и алой ведьмой, пришедшей из начала времен. Впрочем, это все для нас с вами не имеет никакой ценности. Важно лишь то, что Астра никогда не была пешкой Разрушителя. — Но тогда как она получила возможность влиять на него? — с прищуром поинтересовалась Кейлин. — Никто не считал, что это в принципе возможно. — Вот тут начинается самая сложная часть истории, я сама до конца не все поняла, — тяжело вздохнула Лина. Она потянулась, прошлась по комнате до кровати, где подняла спящую Бару и уложила себе на колени. — Тогда, после сражения с Ненавистью, экзарх умирал. Чтобы его спасти, ведьме пришлось поместить в него измененную часть Астера, которую она посчитала… наименее опасной. И случилось чудо: Страсть уравновесила влияние Разрушителя, а человеческая душа экзарха слилась с эндорим. То, что получилось в итоге, я думаю, и является прототипом Нездешнего. То, чем Астра станет в финале, и чего я хочу избежать. Но понятия не имею, как ей помочь… — Подожди, — оборвал ее монолог Ричард с совершенно потрясенным лицом, — я, кажется, немного потерял логическую цепочку. Как связана эта твоя подруга с гостем из Пустоты? — Не было никогда никакой запредельной сущности. Да и откуда ей было взяться, если их вселенная умерла? Есть лишь застрявший вне времени неспасенный мессия, вмещающий в себя желание человечества освободиться от влияния эндорим. Его возникновение стало неизбежным еще в первом цикле, когда, поддавшись страху перед первым восставшим, Спящие перезагрузили реальность. Астра это отказывалась понимать, но я уверена, что права, — с грустной решительностью пояснила блондинка. — Нездешний — это лишь отражение всех экзархов, их борьбы, желаний, смертей и мучений. — Это все звучит абсолютно безумно, Джек, ты что-нибудь понял? — растерянно спросила Кейлин у Безликого. — Достаточно, чтобы прийти к выводу, что Дарланд допустил большую ошибку в своих оценках. Но достаточно об этом. Истории из других миров, которые мы вряд ли когда-либо сможем проверить на подлинность, меня волнуют куда меньше, чем наши непосредственные дальнейшие действия. Когда мы отправляемся в Вангелос? — холодной сталью прошелестел голос из-под причудливой маски. — Сейчас же! Я и так слишком долго ждала возможности покончить с этой падалью, — кровожадно сверкнув глазами, воскликнула Лина. — Нет. Сначала мы отправимся в Зефир — нужно будет завершить важные переговоры, — отрицательно покачал головой Ричард, а затем, скрипнув зубами, добавил: — А затем нужно будет окончательно разрешить мой старый конфликт с отцом. Кроме того, я бы предпочел атаковать твердыню врага целой эскадрой при поддержке наземных сил из Солетада и Плимута. Больше никаких ненужных рисков — мой запас терпения и так на нуле. Ты меня поняла? — Разумеется. Мне больше незачем убегать, Ричи, — ласково и с толикой вины в голосе ответила Лина. Она никак не могла привыкнуть к седым волосам мужа и его укрепленной решительности. В капитане Искателя Ветра больше не осталось юношеских сомнений, он был собран и абсолютно уверен в каждом своем слове и жесте, и это буквально сводило ее с ума. Таким он ей нравился сильнее, чем когда-либо прежде. Вскоре, определив дальнейший курс корабля и попрощавшись с Кейлин и Джеком, они остались вдвоем. Солнце уже скрылось за горизонтом, погрузив каюты в баюкающий полумрак, но Ричард не торопился зажигать свет. Он молча разглядывал силуэт девушки, пытаясь понять, кто перед ним. Та, кого он любил? Чудовище, похитившее ее душу и облик? Безжалостный экзарх Разрушителя? Или все это вместе? К счастью, он мог это проверить даже без помощи Соларда или его матери. Закончив гладить лениво зевающую Барочку, Лина поднялась с кровати и подошла ближе, нерешительно попытавшись взять его за руку. Девичьи пальцы были непривычно холодными; раньше температура ее тела была несколько выше, чем у человека. — Знаешь, я опасалась, что ты будешь кричать, но сейчас это молчание меня пугает еще сильнее, — жалобно произнесла блондинка. — Напрасно. Я больше не злюсь на тебя, — размеренно ответил парень, мягко сжимая ее ладошку в своей левой руке. Его ответ Лине не понравился, и она внутренне сжалась, спросив: — Потому что я стала тебе безразлична? — Не говори чепухи. Я бы не пересек половину мира и не спустился за тобой в ад, если бы это было так, — сухо щелкнула кожа на его правой перчатке, и, повинуясь жесту, в комнате загорелся уютный и ласковый свет. — Я просто не могу решить, чего ты заслуживаешь больше — моей похвалы или же наказания. — Ладно, с наказанием-то все ясно — тебя хлебом не корми, дай меня помучать. А за что хвалить будешь? — заинтересованно спросила девушка, склонив голову на бок. — За то, что переиграла меня, отца, Дарланда и, кажется, вообще всех. Еще при этом не убилась и даже овощем не стала. Я такого не ожидал и искренне тобой горжусь, — на лице Рича проступила чуточку усталая, но все же довольная улыбка. Лина подозрительно прищурилась и огляделась в поисках скрытых камер, а затем удивлённо ойкнула, когда муж потянул её на себя и занял место в кресле, усадив девушку себе на колени. Лина немного поёрзала, устраиваясь поудобнее, а затем прикрыла глаза. Переполнявшее её напряжение, пудовым грузом давившее на плечи с начала одинокого путешествия, медленно начало отступать. — Как-то не верится, что ты это говоришь по доброй воле и без сарказма. И в чём подвох? — Во мне нет никакого подвоха. Но он может быть в тебе, моя дорогая, — прошептал Ричард, а затем резко скомандовал: — Открой глаза! Искательница последовала приказу и похолодела, увидев призрачную длань с ярко мерцающим аметистовым перстнем. Его пленительный свет напоминал о потерянной половине души. — Знаешь, что это такое? — проскрежетал голос мужа над ухом, на что Лина лишь отрицательно покачала головой, не в силах отвести взгляд от сияния. — Этот реликт называется «Гнозис», и он связан с тобой. Мгновение спустя блондинка попыталась отстраниться, но не успела: неожиданно жёсткие пальцы сомкнулись на её горле, а цвет камня в призрачном перстне изменился на ярко-синий. Рич сразу же её отпустил и расслабленно обмяк на мягком сиденье. Худшие из его опасений не подтвердились. — Ииии… Что это было? — потирая шею, спокойно спросила Лина, словно ничего странного не случилось. — Проверил, что ты — это ты. А то, знаешь, всякое может быть, — уклончиво ответил Ричард, а затем рассмеялся. — А ручку где ты посеял? Мне, конечно, нравятся парни со странностями, но эта криповая клешня — даже по моим меркам уже перебор! — Оставил Смерти в залог, чтобы узнать, как вытащить твою задницу из намечающейся передряги, — ответил Генар и раздражённо вздохнул. — Только, похоже, все эти усилия оказались излишни, ты со своей подружкой и без нас справились. — Не совсем так. Ты же не думал, что я собираюсь оставлять сердце нашего корабля в когтях у Нездешнего? Но пока… Давай оставим все эти сложности на потом, я хочу насладиться тобой, — нежно проворковала Лина и опустила полупрозрачную руку возлюбленного на свою грудь. — Эй, это были мои слова! Давай иди в ванну и переоденься, я там тебе кое-что подготовил. Когда Лина покинула ванную комнату, Ричард уже вальяжно расположился в постели, вернув перчатку на место. С нескрываемым наслаждением он окинул взглядом её нескромный наряд, состоявший из чёрных чулок с подвязками, подчёркивающих безукоризненную белизну бёдер, коротенькой юбки, едва скрывающей промежность, и тёмного топа с шнуровкой, что едва-едва могла удержать полную грудь. Дополнял эту картину небесно-голубой чепчик, покоившийся на платиновых волосах. — Инвестиции окупились, я мечтал об этой картине с самого детства! — бодро воскликнул негодник, а затем быстро метнул девушке два предмета. Покрасневшая от смеси стыда и раздражения Лина ловко поймала их в воздухе и скривилась, разглядывая зажатые в руках совок и веник. — Ричард, ты долбанный извращенец. Так и знала, что всё этим кончится! А я всего-то хотела просто и совершенно невин