Несмотря на выказываемое раздражение, ей очень нравилась эта игра и искренняя радость, которую она дарила возлюбленному. После всего того, что он для неё сделал, Ричи заслужил несравненно больше, чем эту невинную шалость. К тому же постепенно и она сама начала втягиваться, и то, что было жестом признательности и благодарности, начало приносить удовольствие. Растущее возбуждение в его взгляде пьянило и разжигало в груди и низу живота настоящий пожар. Но, прекрасно зная своего мужа, она выполняла работу очень старательно, ничуть не сомневаясь, что он способен устроить им обоим настоящий облом, если результат не понравится.
Когда она закончила выполнение возложенной миссии, господин "Назло отморожу уши и заменю на киберпротезы" цепко оглядел каюту и лишь затем поманил блондинку к себе:
— Подойди, моя милая.
От звуков его нежного голоса сердце екнуло в груди, ноги едва не подкосились, а вскоре сами собой привели её к краю кровати, на которой сидел её солнечный мальчик. С довольной улыбкой, оглядев, как вздымается покрасневшая, едва скрытая за развязавшейся шнуровкой грудь девушки, Ричард коротко приказал, указав себе на колени:
— Ложись.
Послушно кивнув, Лина грациозно заняла предложенное место и едва не поплыла от наслаждения, ощутив запах его тела, смешанный с дорогим одеколоном. Стало совсем хорошо, когда его крепкие руки задрали короткую юбочку вверх и нежно погладили оттопыренную вверх крепкую попку. А затем последовал лёгкий шлепок, вспышкой электричества пробежавший по расслабленным в неге нервам; боли она не почувствовала, лишь взрыв возбуждения. Не в силах сдерживаться, блондинка издала тихий стон.
— Знаешь, ты мне доставила уйму хлопот, — с лёгким укором произнёс над головой его мягкий голос.
— Простите меня, капитан, — прошептала она в ответ.
— Ты кое-что забыла, — от требовательных интонаций Лина задрожала всем телом и сразу поправилась:
— Мой капитан.
— Хорошо. Послушная девочка.
Ещё одно движение рукой, ощущение жжения и волна наслаждения вырвали из груди тонкий визг. Наслаждаясь её трепетом, Ричард немного помедлил, а потом внезапно спросил:
— Интересно, Гермесу в такие моменты ты это так же говорила?
— Рич, умоляю, не порти момент, я же сожру тебе потом мозги на обед! — взмолилась блондинка, на них обоих как будто вылили ушат холодной воды.
— Отвечай, — попытку Лины подняться Генар пресёк.
— Мы с ним в такие игры не играли, — стыдливо ответила девушка. — Это у тебя фетиш — мучить меня.
— Хорошо, — в его сдержанном голосе чувствовалось одобрение. Генар провёл ладонью ей по спине, а затем со вздохом добавил: — Извини, впрочем, тут я скорее сам себе с размаху влупил по яйцам. Я сломан и не знаю, как это починить.
— Скорее наступил на грёбаную неотключаемую мину, — недовольно буркнула Лина. — Я же тебе больше не напоминаю о девках, что ты драл по подсобкам, а на меня внимания не обращал… Просто прекрати себя с ним сравнивать. Ты никогда не станешь как он. Ты — другой, но я восхищаюсь тобой не меньше. Как и люблю.
Приподняв жену, Ричард заключил её в объятия. Их губы встретились — сначала неловко, а затем с вновь разгоревшейся страстью. Рухнув вместе с ней на бок, Генар прервал поцелуй; в её нежных голубых глазах застыла боль.
— Иди ко мне, моя девочка, позволь загладить вину, — прошептал он, медленно освобождая женскую грудь из оков топа. — Да и оставлять тебя в таком состоянии действительно будет опасно для моего ментального здоровья.
— Ричи, я тебе однажды точно нос отгрызу, — предупредила Лина в ответ, наслаждаясь прикосновениями. Вскоре их тела слились вместе, как и всегда смешивая боль и взаимную обиду с наслаждением.
***
Утром Лина поднялась пораньше. За время этой экспедиции её солнечный мальчик не только успел поседеть, сменив шик золота на тусклый блеск серебра, но и изрядно исхудал. Так что она решила его накормить чем-нибудь вкусненьким и, вломившись на камбуз, смогла наскрести по сусекам остатки былой роскоши — немного муки и чуть-чуть скисшего молока. Искатель Ветра недавно пополнял припасы в Зефире, но в основном это были сухпайки военного образца; похоже, со свежими продуктами в небесном городе дела шли неважно, а поставки из Плимута ещё не наладились. Чуть поколдовав у плиты, девушка смогла соорудить сносного вкуса оладьи, и, отыскав немного подсохшего фруктового джема, поспешила вернуться в их каюту.