— Вот и отлично! — оживилась Лина, почувствовав, что дуло пистолета убрали ей от виска. — Уважаемый свёкор, возьмите на себя эту синюю девку, а я займусь сверкающим зазнайкой. Ричи, охраняй тыл.
— А не лучше будет атаковать сразу втроем? — нахмурился Ветер.
— Да ладно, ты и сам наверняка догадался. Хмурый, блекджек, казино… У них на руках две картинки. Но есть еще дилер, — с кривой от напряжения улыбкой ответила Лина мужу, а затем топнула ногой, подняв столб пыли, и крикнула:
— Выходи. Я знаю, ты здесь!
Неприметная, почти одномерная тень качнулась вперед, набирая объем. Распахнулись крылья, даря тусклый лунный свет мертвой земле. На Джеке не было маски — он вместо нее надел лицо старого, чернокожего палача с пронзительным серебристым сиянием глаз. Зажатые в руках короткие клинки обратились в два ятагана, привычное орудие кары из древних земель. Устало и уважительно он скрестил их перед собой на груди и медленно поклонился.
Глава 28
Отблеск солнечных крыльев разогнал мрак, тьма беззвездного мира спасалась от лучей, что прорезали дымку из танцующей пыли. Воля вскинул руку, и на мир опустилась тишина: звуки дыхания, шелест пыли, треск адского пламени на шкуре воплощённого архидемона — всё исчезло. Словно сама природа боялась противоречить шестикрылому.
— Для чего сопротивляетесь? Вы — лучшее, что смогло создать человечество. Воплощение нашей сути в смертной плоти. Мечта, что Мы вложили когда-то в души людей, росла и развивалась, чтобы бросить вызов несправедливому миру, что выстроили эти жалкие подобия Создателя…
Каждое слово прокатывалось по всей коже, возвышенный голос наполнял душу уверенностью, изгоняя тени сомнений. В нём слышалась непререкаемая, абсолютная решимость, столь прочная, что время над ней было не властно. Воин начал неторопливо спускаться с ночных небес, в которых не было ничего, кроме аметистово-чёрного солнца, к замершим людям.
— Мне ничего не известно о этой итерации вашего мира, но одно всегда неизменно — борьба. Вы сражаетесь, всегда. С врагом извне или друг с другом, за ресурсы, еду, выживание. Этим Вы покорили Меня. Да, вы были слабы. Но эта вечная битва со смертью — горнило, что смогло закалить Ваши души. И вот наступил день, когда Мы вернулись. Мы снова здесь. Вопреки решению ложных богов и судьбе. Вы выбрали Наш путь и воплотили в жизнь эту возможность. Вы нас призвали. Так зачем эта женщина смеет направлять на Меня меч? — пылающий солнечный взгляд встретился с холодными, как замёрзшие озёра, глазами Лины.
Она сразу же опустила очи долу, вскинула их снова, злясь на себя, и вновь отвела. С ним невозможно было в гляделки играть. Даже думать было проблемно. Любое утверждение, сказанное Волей, казалось аксиомой, абсолютной и непререкаемой истиной. Властным движением, проведя черту под сказанным, шестикрылый склонил голову. В нём не было места заинтересованности или злости, он не видел в них пищу или способ утоления своих желаний, что управляли большей частью его сородичей. Но Лина чувствовала, как у неё скрипят зубы и подгибаются колени от невероятного давления. Словно на неё сейчас обращены осуждающие взгляды всего человечества, не только живущих, но и ушедших во мрак навсегда. Она начала задыхаться и схватилась за грудь, а затем напряжение схлынуло, над их головами прогремело короткой летней грозой:
— Говори, я дозволяю.
Вся её жизнь пронеслась перед глазами. Детство, когда, вместе с Кейлин, забираясь на крышу, она смотрела на далёкую линию горизонта и мечтала о том, что скрывается за полосой, где встречаются пустошь и звёзды. Восторг первого полёта, когда её ещё малышкой увезли в лабораторию Образа. Весь пережитый дальнейший кошмар. Освобождение, встреча с Гермесом и Искателем Ветра. Пережитые сражения и отобранные её руками жизни и чужие мечты. Смерть её небесного волка. Засевший уже в костном мозге ужас взгляда без смотрящего. Катастрофы, терзающие израненные города. Это была её битва за завтрашний день. Долгий полёт, что привёл её на этот серый песок мёртвой вселенной. Шаг вперёд, и она нашла в себе силы вскинуть голову, чтобы ответить ядовитым от столь долго сдерживаемой ненависти голосом:
— Вам нет места в моём мире. ВСЕМ ВАМ! — Лина поочерёдно указала рукой на окружённую сиянием весенних ручьёв Деву, довлеющего золотого властелина и молчаливого чистильщика Преисподней. — Как и остальному вашему племени. Считаете, что вы вправе за нас решать? Астер или вы. Светлые или тёмные. Мне и этому мечу нет разницы. Я вырежу каждого паразита, что отравляет наш дом. Он принадлежит только людям! — зло прокричала она, вложив в этот крик всю ненависть к тварям, по чьей вине была уничтожена Генаром Старшим её жизнь, чудовищам, разрушившим её мир, а теперь желающим заполучить её душу.