— Насчет этого не переживай. Я им объясню, что как раньше — в Вайрне больше не будет. В крайнем случае используем все, что есть, — успокоил ее супруг, пока пара шла к лифту, ведущему на нижние ярусы цитадели.
***
Хор голосов разом затих, едва внешние ворота правого клыка дрогнули и медленно поползли в стороны. Рядовые из оцепления напряглись, крепче схватив друг друга за плечи в ожидании бури. А затем овации расплескались по всей площади воем фанфар, когда смертные глаза лицезрели своих ложных богов. Взмахнув рукой, Ричард гордо зашагал к собравшимся в сопровождении девы, о которой уже слагали легенды (и, разумеется, создали кучу порно с помощью нейросети). На половине пути до собравшихся Генар опустил руку, создав небольшую ступеньку пространства. А затем, под благоговейное молчание, они взмыли в воздух на несколько метров, и Лина тихонько шепнула своему мужу:
— Какой же ты все-таки позер.
— Цыц, говорить буду, — сверкая белоснежной улыбкой, прошипел он, а затем громогласно прокричал, копируя интонации Воли:
— Я — Ричард Генар, да будет проклято это имя. Но я от этого проклятия не отрекусь. Мое по праву рождения, оно станет вечным напоминанием о том зле, что причинил мой главный враг — мой отец. Он обратился в монстра на ваших глазах, но чудовищем стал куда раньше. Проклятый самим мирозданием грешник, убийца женщин и детей, ему было суждено воплотить в себе все то, что я - ненавижу! Еще с самого детства, я точно знал каков человек, которым мне не стать никогда. Но лишь когда занял пост капитана и обрел силы, мы с Линой смогли бросить вызов, несмотря на всю мощь, которой он и его союзники обладали…
Мужественный, решительный и притягательный голос разливался по площади и из динамиков тысяч устройств по всему миру. Когда Рич почти час репетировал эту речь, расставляя акценты, блондинка отправилась в душ, чтобы ему не мешать. Но сейчас ее зачаровали слова, интонации и то, что за ними стояло на самом деле.
— Сейчас он сбежал от клинков наших союзников и друзей, и сил, что ниспослали нам боги. Но мы настигнем и уничтожим. Как его, так и всех, кто запятнал себя в самых грязных делах. Я вам в этом клянусь, пусть свидетелями будут Воин и Дева, что живут в наших телах!
Тут в игру предстояло вступить Лине, и мужественный бас сменился на манящие девичьи трели:
— Многие попали в его сети, служили и помогали творить зло. Но если Воин решит карать, то я буду умолять его о прощении. Каждый заслуживает второго шанса. Внемлите мне! Услышьте! Если на вас лежит тяжкий грех за убийства, если вам приказывали проводить эксперименты на детях и создавать омерзительных монстров, то дайте мне шанс вас спасти. Придите ко мне и раскайтесь. Отныне мы — боги. Я несу в себе воплощение Девы. Но также мы люди, мы сможем вас понять и простить…
Игра в злого и доброго полицейского продолжалась еще десяток минут. Там, где Ричард строжился, Лина его смягчала серебристыми перезвонами. Люди, в час страха, нуждаются как в сильной руке, так и в любящем сердце. Рассказав заранее согласованную байку о заговоре корпораций и злющих искинах, они перешли к ближайшим планам, пообещав восстановить за свой счет все разрушенные дома и потерянное имущество. Ну а закончили тем, что дали слово, что отныне станут карающим мечом для зла и надежным щитом для всех честных людей. Не правителями и надсмотрщиками, а защитниками и радетелями.
Вкупе с парочкой волшебных трюков, личной харизмой и тем, что окружающие видели во время сражения, Лина посчитала результат вполне сносным. Когда они спустились к толпе, вся площадь уже была на коленях, за исключением пары десятков самых гордых, скептичных и твердых духом. Этих Лина решила запомнить в лицо и разузнать о них все.
Коснувшись ногами земли, она первым делом нагнулась и, нежно взяв за руку юного паренька, потянула его, помогая подняться, воскликнув:
— Вставайте. Больше никто не будет стоять на коленях! Сейчас мы все должны быть сильными. Должны быть вместе.
Обожание в глазах окружающих, искреннее и преданное, давало силы лгать дальше. Ведь она сама уже не верила ни во что. Ни в свои силы, ни в завтрашний день. Сломленная и раздавленная черным клинком, она врала другим, обещая спасение и защиту, и черпала в этом силу, чтобы сделать свой обман истиной. Выковать добро из зла, ведь ей больше не из чего было его делать.