Эти мысли вызвали кривую улыбку, совсем не подходящую роли богини. Астра тоже грешила этой наивной мечтой и сейчас Лина ее начала понимать. К тому времени они уже закончили успокаивать людей и сидели в легком шаттле, что мчался к штаб-квартире корпорации Псайтех, куда Ричард был приглашен в качестве наследника своего отца, а также всех его активов. Сейчас там собрались все оставшиеся зубастые акулы Вайрна, готовые рвать и терзать за передел власти.
Глава 30
Когда они приземлились на выходящей на север обширной лоджии обрамленной гирляндами из лиан и цветов, уже вечерело. Ричард первым покинул летательный аппарат и, звеня стальными ботфортами о мрамор, обошел его, чтобы открыть дверь своей спутнице. Та благодарно взялась за его руку и с интересом оглядела большой круглый зал в плимутском стиле, который от непогоды и холодного ветра высшей точки Клыка защищал силовой щит и переплетения толстых, зеленых лиан. Многих из собравшихся там людей она знала, но ей был интересен лишь один конкретный молодой человек. Заметив его среди беседующих корпоратов, она расслабленно выдохнула. Это хорошо, что тот был все еще жив, сегодня он им пригодится.
Оставив свой золоченый доспех у входа, Генар поправил дорогой, но скромный костюм. Этим людям было бесполезно бросать пыль в глаза и давать обещания, они уважали только две вещи — деньги и власть. Внутрь они вошли вместе, рука об руку, медленно и величественно. Лина приятно улыбалась, пытаясь вспомнить все те сложные уроки манер, которыми ей промывал мозги Рич уже долгое время, но в итоге, от греха подальше, решила воздержаться от напитков и приема пищи. Поесть она сможет и дома, в нормальных условиях. Тем более любая, даже самая изысканная кухня, уже не притягивала ее.
Курт Дюваль, невысокий, худощавый мужчина средних лет, выглядел весьма невыразительно. У него были янтарные глаза, темные волосы и тихий, вкрадчивый голос. А еще он был главным директором Псайтех и устроителем этого вечера. Встречать гостей он отправился лично, едва их завидев, при том быстрым шагом. Это привлекло внимание окружающих — их было немного, всего пятьдесят шесть человек, из которых половина были дамами в качестве сопровождения. И там, где мужчины предпочитали скромную изысканность, женщины сверкали во всю самыми экстравагантными нарядами, украшениями и драгоценностями. На их фоне Лина в своем длинном, закрытом платье выглядела просто скромной монашкой.
— Рад вас приветствовать, Ричард, — произнес Курт, прижав правую руку к груди и всем своим видом излучая дружелюбие и радость, — представите мне вашу спутницу?
Вопрос был совершенно бессмысленным, к этому времени в этом мире вряд ли остался хоть один человек, не знавший Лину в лицо. Но этого требовали правила приличия, которые Рич хоть и соблюдал, но не любил. Еще он терпеть не мог показную радушность. И подхалимство. А еще мудаков, готовившихся ему вонзить нож в спину.
— Лина Генар, моя супруга. А также живое воплощение Богини-Девы и спасительница всех здесь присутствующих, — холодно ответил ее золотой мальчик, окончательно приковав к ним все внимание аристократии.
— Мой дом не храм, и я томлюсь в сомнениях, будет ли он достоин столь светлой гостьи… — с намеком на сарказм ответил Дюваль, и Лина поняла по напряжению заботливой руки супруга, что сейчас тот взорвется, так что поспешила ответить сама:
— Не беспокойтесь, уважаемый господин, во время боев и походов мне приходилось бывать и в более тяжелых условиях, так что я как-нибудь потерплю, — светлой улыбкой, обозначив, что это была шутка.
— В таком случае покорно прошу быть моими гостями. После небольшого фуршета я буду рад вам представить план по разрешению кризиса для обсуждения…
— Нет, — спокойно, но с нажимом отрезал Ричард, — сначала мы обсудим другие важные вещи, господин Дюваль. Именно — вопрос о связи корпорации Псайтех с Образ в запрещенном исследовании и создании метаморфов. После чего уже можно будет поговорить и о ваших… планах на будущее.
Зал приглушенно зашептался, лицо Курта на миг исказила тревожная гримаса, а Лина едва сдержала смешок. Ее любимый негодник опять не сдержался. Будет его чем попрекать весь остаток жизни, если он опять заговорит об отсутствии манер. Вечер переставал быть томным.