Выбрать главу


Следящая за выражением лица мужа блондинка, протянув руку, с удовольствием начала пить кофе. Она его как раз не любила обжигающе горячим. За окном царил яркий, солнечный день, и больше всего на свете сейчас она мечтала, чтобы он не заканчивался. Но время не знало жалости и продолжало двигать вперед стрелки часов. Не зря Астра ее называла упрямой сукой. Осторожно свернув картинку, Ричард убрал ее во внутренний карман пиджака и с благодарностью сказал:


— Спасибо, Лина. Мне в первый раз дарят сделанное своими руками и от всего сердца. Я её буду беречь.


— Тебе понравилось? — встрепенулась блондинка.


— Очень. Для меня сейчас это самая ценная из картин, — совершенно серьёзно ответил солнцеволосый. У неё не было времени научиться рисовать, но она сделала всё, что смогла.


— Это тебе спасибо, что не разнёс в пух и прах все мои глупые потуги, как они того заслуживают. Я бы наверняка жутко расстроилась, — весёлый и мелодичный смех девушки очень подходил этой скромной, домашней обстановке. — Ладно, пойдём к тёте Джей, она уже заждалась. А затем наконец займёмся важными и взрослыми делами.



***


С гордостью осмотрев накрытый стол, старушка протёрла очки и бросила взгляд на часы. Они договорились с нахальной девчонкой на двенадцать утра, осталось подождать всего пятнадцать минут. Луковый суп с натуральной говядиной даже остыть не успеет, как и капустный пирог, что томился в духовке. А встретит она их аперитивом из лёгкого красного вина, бутылочка которого давненько томилась на складе, где она держала алкоголь которым иногда приторговывала из под полы.


После того как её собственные дети разъехались по другим городам, у Джей редко бывали гости — только Кейлин заглядывала иногда. А покидать свою гончарную мастерскую старушка не хотела, это место было дорого в память о муже. Так что визит давно потерянной и оплаканной воспитанницы стал для неё светлым пятном. Девчушка выросла в настоящую красавицу и не утратила смелого сердца и небольшого отсутствия здравого смысла.


Услышав громкий, настойчивый стук в дверь, Джей улыбнулась и поспешила в прихожую. Хорошо, что она заранее решила накрыть стол — так и знала, что Марса не утерпит и придёт пораньше. Наконец-то можно будет оценить человека, которого та выбрала в спутники жизни. Приняв строгое выражение лица, старушка распахнула двери. Но Марсы за ними не оказалось — там стоял паренёк, его лицо показалось знакомым. Мгновение спустя Джей его вспомнила: это был один из тех трёх рэкетиров, что недавно требовали от неё дань.


Она было хотела спросить, что ему нужно, но тот вскинул лицо. Его глаза были заполнены потусторонним фиолетовым сиянием. Почувствовав угрозу, старушка попыталась захлопнуть дверь, но тот успел подставить ногу и рывком ворвался внутрь, в правой руке сжимая длинный изогнутый нож. Наступая на пятящуюся женщину, он сбивчиво и бессвязно зашептал:


— Ты умрёшь. За брата. И ненависть. Ей нужно больше ненависти! Иначе до меня не добраться.



Громкий крик о помощи оборвался, когда в сердце старой женщины вонзился клинок. Алая пелена на пару мгновений застлала взор, а затем пришла спокойная, баюкающая тишина. Схватившись за пронзивший её нож, Джей сползла по стене прихожей. Крови почти не было — удар был нанесён искусно. Она ушла из жизни быстро и почти безболезненно. Парень отступил на пару шагов, затем вздрогнул всем телом и с ужасом уставился на остывающий труп. А затем услышал шаги за спиной и начал медленно поворачиваться. Всё его существо кричало: позади была смерть.


***


Услышав сдавленный крик, Лина и Ричард переглянулись и бросились бежать, за один удар сердца достигнув дома при мастерской. Дверь была открыта, а в прихожей... Оценив происходящее, Ричард опередил Лину и одним движением сбил убийцу с ног, заломив тому правую руку и прижав коленом к полу.


— Посмотри, что с ней, — приказал он подруге, в зрачках которой застыла лишь холодная, как солетадские океаны, ненависть.


Лина медленно подошла к Джей и, опустившись на одно колено, ласково убрала очки с толстыми линзами и закрыла воспитательнице глаза. Всё и так было ясно. Они опоздали. На каких-то жалких десять секунд. Если бы блондинка не задержалась за рисунками, а пришла на час раньше, как и хотела, трагедии бы удалось избежать.