Лину спасали быстрые крылья, а ранивших её альвов — боевая выучка и слаженность действий. Четверо големов сражались как один, прикрывая слепые зоны друг друга и отражая атаки. Их собственные клинки всегда отвечали без промаха и промедления, обращая гнилое мясо в ничто. Пока трое бойцов прикрывали лидера отряда, тот застывшим взглядом следил за мечущейся в воздухе аметистово-алой блондинкой. Стоит ей хоть на миг замедлиться или упустить отряд из виду, и он мгновенно метнёт в неё вернувшееся копьё Забвения. Тем более что движения экзарха замедлялись, а парящая алая влага продолжала хлестать из рваных ран.
На мгновение её фигуру закрыл острый костяной шип, рухнувший, подобно колонне из жёлтой, истекающей ихором кости. А затем из груди сеннора вырос синий клинок, пробив скрытый в големе хрусталь, вмещающий его душу. Когда Лина внезапно возникла в плотном кольце держащих круговую оборону альвов, те отреагировали мгновенно, но спасти своего командира не успели. С едва слышным шуршанием его тело рассыпалось в пыль. Метнувшийся в правое плечо меч Искательница отвела гардой Лазури, а сдвоенный выпад копий справа и слева пропустила над головой, резко присев, а затем внезапно снова пропала, лишь смазанный и туманный силуэт ринулся куда-то наверх.
Её раны были заражены, Астра ослабла, жгучий яд быстро пробирался по венам в сторону сердца, пытаясь вырвать её душу из объятий богини Чудес. План очевидно пошёл по причинному месту, но отступать пока было рано. Экономя энергию, Лина, выйдя из окружения, отключила "Вуаль" и быстрым ударом срубила ещё парочку душ, вводя Гниющего в исступление. К агонизирующему хору голосов, вплавленных в стены, добавился ещё один. Затянутый в круговорот сеннор, вновь обретя плоть, в полной мере прочувствовал весь ужас своего нового положения и издал тоскливый и обречённый крик.
Чёрных големов осталось лишь трое, они неотступно преследовали Лину, отбиваясь от ударов скользких конечностей прогнившего бога. Древние воины понимали, что уже обречены: раненная экзарх неизбежно будет захвачена Гниением, и впереди их всех ожидает вечность страданий. Но они не были способны отступить или сдаться и привыкли выполнять поставленные задачи. Самой важной из которых являлась та, что приказал Дарланд, прежде чем отправится в Вайрн - любой ценой не позволить экзарху заполучить клинок Пустоты. Этому приказу уже были столетия, но замкнутые на своем долге бойцы не могли от него отступить, даже если бы пожелали.
Необъятная, более ста метров в длину и двадцати в высоту, утроба Гниения быстро заполнялась разъедающей слизью, а сверху падали всё новые и новые клыки и отростки. Альвы, преследуя экзарха, успели пройти половину этой дистанции, когда Лина вновь растворилась в воздухе, избежав сомкнувшихся в пустоте хищных челюстей, выдвинувшихся из стены. А затем позади раздался грохот работающей реактивной пусковой установки. Шесть снарядов, пролетев над их головами, сдетонировали в воздухе, распылив во все стороны зажигательную смесь. Похожие на хлопья снега белые частицы закружились в заполненном ядом воздухе. Големы, подчиняясь выучке, рухнули, погрузившись в слой слизи. И как раз вовремя: внутри чрева вспыхнули серебристо-фиолетовые крылья и расцвело недолговечное солнце объёмного взрыва.
Неестественное, бездымное аметистовое пламя гудящим смерчем ударило в склизкие стены, вырывая из их плена сотни душ. Тела испарялись, словно капли росы, не издав звука, а обожжённое мясо лопалось и трещало. Потратив львиную долю бурлящей внутри ненависти на вспышку огня, блондинка опустошенно рухнула позади высившегося у портала серебряного исполина. Сверхтехнологичный доспех был высотой более трёх метров и весил десяток тонн. Подобно Богу-Воину из легенд, он с лёгкостью разбил ударом стальной длани метнувшийся к нему жёлтый клык, принял взрывную волну на силовые щиты, после чего правым манипулятором подхватил тело блондинки, собираясь впихнуть её внутрь кабины, в которую, потеснившись, поместились бы парочка человек.
— Нет, Кейлин! — прохрипела Лина, а после закашлялась, выхаркивая куски собственных расплавленных лёгких. Она могла лишь надеяться, что у старшей сестры, пилотирующей мех, в отличие от неё не лопнули барабанные перепонки. — Сначала надо добить гадину. Зажигательными по стенам.