– Твой парень прибудет уже через три-четыре часа.
– Мой супруг, – с ухмылкой поправила её блондинка, быстро считав информацию на экране.
– Выскочила замуж раньше старшей сестры, нашла чем гордиться, – насмешливо фыркнула Кейлин, а затем уже добавила серьёзным тоном: – Если твои подозрения подтвердятся, то я туда своих ребят не потащу, придётся справляться вдвоём.
– Кейли, это не "мои подозрения", информация получена из абсолютно надёжного источника — мозгов Дарланда. Последнее пристанище Энима, его тюрьма, выстроена в мнимом пространстве, из которого нет выхода. Это своего рода аномальный лабиринт, созданный с единственной целью — запереть там Длань Пустоты. Именно поэтому мне потребуется Ричард с ребятами, чтобы выбраться, а вот тебе со мной лезть не желательно.
– Пошла к лешему. Мы это уже обсуждали. Ты всё это делаешь, чтобы ни о чём не жалеть? Я тоже, – сварливо огрызнулась Истина. – К тому же, пока Ветер не прибудет, твою задницу надо кому-нибудь прикрывать. Или забыла, как чуть больше суток назад лапы едва не надула?
Встретившись с непреклонным взглядом сестры, Лина махнула рукой — пытаться её переубедить было бессмысленно:
– Ладно, давай тогда снаряжайся. Нам лучше иметь несколько часов форы, а то Ричи меня сцапает.
Кейлин раздала последние указания и, направившись в оружейную, воскликнула:
– Я фигею с ваших отношений.
– Он всё ещё в душе мальчишка, и ему нравится играть в салочки, – с нежностью в голосе произнесла Лина, топая следом. – Любить его означает ходить по тонкой грани между дерзостью и повинованием. Если слишком своевольничать, он решит, что от меня проблем больше, чем пользы, и избавится. А если я буду слишком послушна, то быстро наскучу. Так что послушание я проявляю только во время заданий, а также в постели, и то не всегда.
– Вот о том и говорю... – издала протяжный вздох Истина.
***
Мобильный экзодоспех сверхтяжелого класса существовал в единственном экземпляре. Это был прототип, так и не запущенный в массовое производство, несмотря на потрясающие защитные характеристики, возможность полёта и вооружение, сравнимое с тем, что несёт на себе канонерка. И для этого было ровно две причины: во-первых, сумасшедшая стоимость, сравнимая с ценой постройки нового корабля. А во-вторых, невероятная нагрузка на пилота. Управлять такой машиной могли только редкие обладатели "десятки" по десятибалльной шкале, коих во всём Вайрне было лишь человек двадцать. Конструкторы Ордена собирались решить последнюю проблему с помощью компактных силовых ядер производства корпорации "Образ", способных взять на себя большую часть автоматики. Но этим планам не суждено было воплотиться, когда недавно вскрылось, что в основе этой технологии были мозговые ткани младенцев, рождённых, а не клонированных, рабынями из Зефира и Плимута. Это было куда более выгодно, так как при клонировании нервных тканей лишь один-два процента полученных образцов могли генерировать псионы.
После того как корпорация сгинула, а многие её исследования были преданы широкой огласке, поднялась такая волна негодования, что она грозила перерасти в уличные беспорядки. Так что оставшиеся две корпорации приложили массу усилий, чтобы убедить народ в том, что они используют исключительно разрешённые клонированные образцы. Вот только Лина сейчас прекрасно понимала, что в этом нет никакой разницы. Фундаментальные частицы — псионы — был способен создавать только разум, обладающий "душой".
Абсолютно все небесные корабли, кроме "Искателя Ветра", фактически работали на энергии, создаваемой пленными душами, как и любые другие технологии, питаемые "силовыми ядрами". Это была проклятая технология, введённая в обиход Дарландом, и у неё было лишь одно оправдание. Она пока была незаменима. Без неё сообщения между городами бы встали из-за опасных аномалий глубинных и наземных путей. Ещё одно вынужденное допущение, ещё одна тяжёлая жертва, принесённая ради выживания. Таковы были правила мира, где высшим хищником был не человек, а воплощённые призраки подсознания — эндорим. Их невозможно было обмануть или обойти — только разрушить.