— Мне кажется, мы говорим ни о чем!
— Как знать, как знать, — возразил управляющий, постукивая сигареткой о край пепельницы. — Вы когда-нибудь смотрели, полковник, Крестного отца? Нет? Как же, веяния загнивающего в разврате капитала… А зря, мировая классика, между прочим. Так вот, есть в том фильме одна крылатая фраза, часто применимая в жизни. Скажите, полковник, вам часто делали предложения, от которых вы могли отказаться?
Родригес в упор смотрел в бледное, обтянутое землистой нездоровой кожей лицо Крафта, оставляя его вопрос без ответа.
— Что же вы молчите, полковник? Или вы думаете, как не поступиться с совестью? Пустые умственные упражнения. У вас, в отличие от меня, нет иного выхода, как не согласиться на сотрудничество. На взаимовыгодное для обеих сторон, заметьте.
— То есть, работать на вас?
— А что в этом страшного? Конечно, как честный полицейский вы поспешите немедленно отказаться, рвать на себе рубашку, убеждать в своей исключительной честности. Охотно верю, не утруждайтесь!.. Только перед нем, как дать ответ, все хорошенько взвесьте. А я вам постараюсь помочь сделать правильный выбор.
Раздавив окурок о дно пепельницы, мистер Крафт залпом допил из бокала и слегка поморщился.
— Какие у вас перспективы… Первая, умереть безвестным героем. Труп ваш скорее всего не найдут, я накормлю им акул, благо, что их здесь кишмя кишит. Начальство не узнает о ваших последних днях и о мужестве, с которым вы отказывались от сотрудничества с нами. Представляю безутешную вдову, почетный караул у вашего гроба, в котором будете лежать не вы, а всего лишь капсула с морской водой. Ваше имя выбьют на скрижалях Комитета, поклянутся никогда не забыть… и забудут на следующий день. Вдова через год-два оправится и снова выйдет замуж. Все, что от вас остается потомкам — могильная плита с надписью: «Здесь покоится прах полковника Родригеса, героически павшего в бескомпромиссной борьбе с организованной преступностью». Печальный хепиэнд, и только. Но это одна сторона медали. Не забывайте, что кроме вас у меня есть и другие заложники. И церемониться в случае вашего упрямства я не буду. Для начала я отдам девок своим парням, пусть натешатся, одичали без женской ласки. Не знаю, вынесут шлюхи всех или нет, ночто поделать? Остальных я просто расстреляю. Конечно, вас хватятся, а когда найдут мертвые тела, разразится грандиознейший скандал. Какие после него сложатся отношения у Фиделя с Россией, я уж извините, не знаю.
Родригес сжал кулаки, испытывая жгучее желание наброситься на этого синюшного ублюдка и задавить его собственными руками. Но он подавил в себе этот порыв, прекрасно понимая, что охрана за дверями только и ждет сигнала от Крафта, чтобы начать расправу.
— Даже и не думайте, — спокойным тоном изрек Крафт, следя за его реакцией. — Мои молодцы скрутят вас в бараний рог. И потом, вы же умный человек, полковник. Отбросьте, к черту, свои эмоции! Я же не собираюсь предлагать взамен ничего сверхъестественного! Все, что от вас требуется, сообщать о намечающихся операциях против наших структур. Мы от себя готовы сливать информацию о конкурентах, сдавать мелких, отслуживших свое перекупщиков. Сажайте, сколько душе угодно. И нам хорошо, и у вас показатели вверх полезут. Через годик-полтора займете место старика Хювальда. Ему давно пора на покой. А там и того выше, сделаете карьеру. Сколько вам в месяц Фидель платит? Баксов сто, двести? Разве это деньги для настоящего мужчины?!
— И во сколько вы оцениваете мою сговорчивость? — гоняя по скулам бугры, задал вопрос Родригес, принимая чужие правила игры.
— Раз в пятьдесят дороже! — купившись на уступчивость собеседника, оживился Крафт. — Мы откроем счет в любом банке мира, на который только укажете. Довольно скоро на нем набежит приличная сумма, имея которую, вам нечего будет делать на Кубе. Соединенные Штаты, Европа — выбирайте любую страну на жительство. С деньгами везде не пропадете. Подумайте, наконец, о своих детях, пусть еще не рожденных. Заключив с нами союз, вы будете работать не на меня, нет — на них!.. на их будущее! Решайтесь, полковник!
Лицо Крафта неприятно раскраснелось, не то от возбуждения, не то от выпитого. Сузив зрачки, он ждал от полковника ответа.
— А что будет с моими спутниками?
— О чем вы думаете, господин Родригес? — с горячностью вскричал Крафт. — Какое вам дело до судьбы об этих никчменных людишек? О них ли речь?
— Предлагаете выкупить собственную свободу такой ценой?