— Удивительно, — сказал я, когда друзья подошли ближе. — Впервые вижу на Диком архипелаге такой огромный город. Даже у некромантов гораздо меньше.
— Меня больше волнует, что нас там ждет, — озадаченно произнесла Мара.
— Готовьтесь к высадке, нелюди! — гаркнул Бобо. — Скоро прибудем! — И, отходя, добавил: — Ну ты колданул! Я чуть в штаны не наложил!
Вокруг с людьми происходило нечто странное. Я, конечно, тоже был рад, что мы смогли преодолеть ловушку и добраться до острова Лак-хи, но моряков охватила настоящая эйфория. Они плясали, обнявшись, пели, орали всякую чушь и вообще вели себя, как малые дети. На лице Ала с Лисом тоже застыли блаженные улыбки.
Клешня с Дайфом исполняли лихую кадриль. Капитан вел, выписывая лихие коленца, низкорослый боцман был за даму. Человек двадцать моряков, взявшись за руки, водили вокруг забавной парочки стремительный хоровод. Роману и Ал, немного посмотрев, присоединились к всеобщему ликованию.
— Что это с ними? — удивленно спросила Мара.
— В один момент вернулась энергия, потраченная за те дни, что мы находились в петле! — осенило меня.
— Я тоже почувствовала прилив сил, — задумчиво произнесла орка. — Но списала это на радость от увиденного. Однако скакать, как безумная, мне что-то не захотелось.
— У эльфов и орков запас жизненной энергии выше, чем у людей, вот мы и не обратили особого внимания на ее приток, — пожал я плечами.
Люди немного успокоились и пришли в себя только к моменту нашей высадки. Вместо обычных двух недель я договорился с Клешней о двадцати днях. Уж больно подозрительным казался огромный город, что открылся нам.
Вскоре мы уже выбирались на каменистый пляж. Городские ворота виднелись ярдах в трехстах впереди. Мы быстро преодолели это расстояние и оказались у входа. Когда-то створки сняли с петель, а может, их и не было вовсе, но сейчас в стене, сложенной из крупных коричневых блоков, зияла квадратная дыра — словно приглашала войти любого гостя. Правда, мне казалось, путники не посещали это место уже очень долгое время.
— Чего мы только не повидали на Диком архипелаге, — сказал я. — Боюсь даже представить, что может ждать в городе, которым некогда заправляла сама Лак-ха. Хотя вряд ли угадаю.
Ал спокойно осматривал вход. Лис только скептически хмыкнул.
— Не попробуешь — не узнаешь, — отрезала орка, делая шаг вперед.
Пройдя в ворота, мы оказались на огромной площади, выложенной квадратной плиткой разных цветов и оттенков. Сколько я ни всматривался, никак не мог найти хотя бы один повторяющийся. По краям площади в ряд стояли здания. Они тоже удивляли разнообразием. Такой нелепой архитектуры я в жизни не видел: кривые стены, окна разной формы, изгибающиеся фасады — было неясно, как их вообще сумели построить.
— Что за сумасшествие! — пожаловался Лис. — От этой пестроты глаза болят.
— Кхм… — раздалось за нашими спинами.
Все среагировали моментально: я создал пульсар, орка вскинула фламберг, Ал оголил клинок, а Лис схватился за арбалет. Но, обернувшись, мы застыли в немом удивлении, не в силах выдавить ни звука.
— Добро пожаловать в какой-то город, путники! А может, вы захватчики? Или странствующие торговцы? Так сразу и не скажешь: вид один — начинка разная. — Наш новый собеседник замолчал, словно ненадолго задумался над своими же словами.
На городской стене стоял пирог. Нет, правда! Самый настоящий пироге золотистой корочкой. И он действительно стоял, опираясь на короткие волосатые ноги. На его лице… морде… переде… Морт! На стороне, обращенной к нам, вырисовывались тонкие губы из запеченной корочки, которые шевелились, когда он говорил.
Я повернулся к Маре и с силой ущипнул ее за щеку.
— Эй, больно же! — взвилась не ожидавшая такого вероломства орка.
— Прости, я должен был проверить, что это не сон.
— Тогда надо было себя щипать!
— Не подумал, — пробормотал я, продолжая глазеть на пирог.
— Вы тоже это видите? — растерянно спросил Ал.
— Да это какая-то шутка! — встрял Лис. — Такого быть не может, где-то здесь прячется чародей!
— Ни разу не слышал о магах, способных управлять пирогами, — задумался я. — Конечно, если это не иллюзия… но уж больно натурально выглядит.
— Вы не находите, что говорить о ком-то, когда он рядом и все слышит, — неприлично? — пожурил нас пирог. — И почему такого не может быть? Я здесь, с вами, и столь же реален, как вы.
В доказательство пирог прошелся по стене.
— Почему ты назвал город каким-то? — спросил я у него (у пирога!). — Ты не знаешь его названия?