— Опять какие-то фокусы с пространством, — вздохнул Лэй. — Ну пошли, раз такое дело…
Мы двинулись по узкому каменному тоннелю. Шли долго, но улица не кончалась, в ее внешнем виде даже не происходило никаких перемен. Взглянув в небо, я увидела, что Атик стоит на том же месте, что в начале нашего пути.
— Лэй, как ты называл ту ловушку, которая не давала попасть на остров?
— Пространственно-временная петля.
— Кажется, мы снова в нее попали.
Мальчишка огляделся, кивнул:
— Похоже на то. Не будем терять времени, хотя оно тут и не двигается. Вернемся назад.
— А может, попробовать выбраться через дома? — предложил Роману. — Войти в дверь, выйти в окно с обратной стороны. Кто знает, что там, снаружи.
— Надо проверить, — кивнула я.
— Идея, достойная взломщика, но весьма привлекательная, — рассмеялся Лэй.
Мы вошли в один из домов, держа оружие наготове, и оказались в длинном коридоре с множеством дверей. Здесь было так же тихо и пустынно, как на улице.
— Похоже на театральные декорации, — прошептал ушастик. — Как будто это не настоящие дома, а их изображение…
Лис толкнул первую попавшуюся дверь, заглянул внутрь:
— Здесь никого нет, входите.
Комната была чистой и абсолютно пустой. Здесь пахло пылью. Напротив двери находилось большое окно с каким-то странным темным стеклом. Лэй подошел и присвистнул:
— Посмотрите.
То, что я в первый момент приняла за стекло, оказалось пламенем, которое бушевало снаружи. Черный, как обиталище Десида, огонь словно бы бурлил, то взметал страшные языки, то превращался в сплошную стену. Будто почувствовав наши взгляды, жуткое пламя всплеснулось, стремительно кинулось к окну, растеклось по стеклу, пытаясь забраться в дом. Эта картина вызвала у меня странное чувство — как будто я когда-то уже видела нечто подобное.
Лис испуганно вскрикнул, отпрянул от окна:
— Что это?
— Безвременье, беспространство, антиматерия — называй как хочешь, — сказал эльф, не отводя внимательного взгляда от прильнувшего к стеклу огня. — Проще говоря, ничто.
— Полагаю, туда идти не стоит, — поежился Ал.
— Только если хочешь покончить жизнь самоубийством.
Ушастик молча развернулся, вышел из комнаты и стал подниматься по лестнице на второй этаж.
— Что ты задумал? — спросила я.
— Хочу проверить, за всеми ли окнами подобный пейзаж. Здесь чего угодно можно ожидать.
Проверив каждое окно, мы убедились: все они выходят в ничто.
— Для чистоты эксперимента обследуем еще дом на противоположной стороне, — сказал Лэй.
Но и там нас не ждало ничего утешительного — все то же темное пламя бушевало за окнами.
— Увы, — вздохнул мальчишка. — Давайте вернемся туда, откуда пришли.
Мы двинулись обратно. Но сколько ни старались, конца улицы не нашли.
— Это классическая пространственно-временная петля, — сделал вывод эльф. — Не такая, как была в море.
— И что теперь? — насупился Лис.
Ушастик ненадолго задумался, потом выдал:
— В предыдущем дворе тоже была загогулина, которая не давала нам выйти, пока я не решил идиотский спор ишака и укропа. То есть логично предположить, что здешние петли настроены на некое событие, которое разрывает монотонность времени и пространства.
Проговорив эту абракадабру, Лэй швырнул куртку на каменную мостовую возле дома и уселся, опершись спиной на стену.
— Не понял, — произнес Ал. — Ты не собираешься искать выход?
— А зачем, если его нет? — безмятежно ответил мальчишка. — Я же объясняю: выход — это событие.
— Так давай искать событие!
— Поскольку мы находимся в петле, каждая точка пространства и времени бесконечно повторяет себя. То есть событие произойдет независимо от нашего передвижения.
— А если не произойдет? — поинтересовался Лис.
Ушастик вздохнул:
— Тогда так и будем сидеть, пока плесенью не покроемся. Хотя если плесени на данном отрезке пространства и времени нет, то откуда ей взяться…
Я толком не поняла рассуждений друга, но уселась рядом с ним. Вскоре к нам присоединились Роману с Алом.
Эльф оказался прав: вскоре нас догнало событие, причем не из приятных…
— Смотрите! — воскликнул Лис, указывая на противоположную сторону улицы.
Два дома пошли рябью, странно изогнулись, раздвинулись, образовав просвет, который сократился и словно выплюнул на мостовую человека в черной одежде. Стены продолжали качаться, пришелец выпрямился и оказался Атиусом.