Через пару часов спокойного чтения корабль неожиданно сильно тряхнуло. Гамак перевернулся, я шлепнулся на пол, уткнувшись носом в книгу. Тут же вскочил на ноги, но снова чуть не упал. Судно просто ходило ходуном. Лис сидел в углу, зажав в скрюченных пальцах изумруд: когда началась качка, он чуть не уронил свое сокровище.
— Неужто в шторм попали, — произнес я, успешно балансируя. — Пойду наверх, посмотрю.
— Я с тобой, — произнес Роману, вставая.
Вместе, опираясь о переборки, мы выбрались из каюты и поднялись на верхнюю палубу. Время уже клонилось к вечеру, на небе не было ни облачка. Море вокруг корабля сильно волновалось. Волны были какие-то странные: они расходились кругами, как на поверхности лужи, в которую бросили камень. Корабль нещадно швыряло в разные стороны, Клешня ревел команды, перемешанные с руганью, рулевой за штурвалом пытался справиться с креном — все тщетно. Из глубины моря доносился постепенно усиливающийся рокот, словно само дно раскалывалось надвое.
— Какого морта происходит?! — крикнула вцепившаяся в борт орка.
— Подводное землетрясение или извержение вулкана! — Я постарался перекрыть оглушительный грохот.
— Смотрите! — заорал Роману, тыча пальцем куда-то в море.
Из воды показался кончик рифа и стал быстро расти. Вскоре он достиг размеров небольшой скалы, но все продолжал подниматься. Остановился, только достигнув ярдов двадцати пяти в высоту. Вода расступалась, вокруг скалы постепенно вырастала каменистая суша — на поверхности моря появлялся целый остров. Раздался громкий треск и скрежет камня о дерево, судно в последний раз тряхнуло, потом все стихло. Корабль слегка накренился, но не завалился набок. Глянув за борт, я увидел, что «Хромая Мери» села в небольшую ложбину между рифами и теперь нелепым памятником торчит чуть ли не посреди острова.
Вокруг раздались испуганные крики. Одни моряки схватились за оружие, другие вслух молились.
Поднявшаяся суша не радовала красотой. Остров был круглым, не больше двух миль в диаметре, покрытым серыми валунами. Посредине возвышалась большая скала. Между камнями бегали крабы, трепыхалась издыхающая рыба, мерзкими комками лежала слизь — останки медуз. Повсюду росли разноцветные водоросли.
— Чтоб тебе всю жизнь гадить морскими ежами! — выкрикнул в пространство пораженный Клешня.
— Такого на карте не было, — пробормотал я.
— Как из моря поднялся целый остров? — недоуменно спросила орка.
— О таких вещах на Диком архипелаге лучше не задумываться.
— А это еще что? — воскликнул Лис, указывая куда-то за борт.
Из воды выныривали очень странные существа, одно за другим выбирались на берег, вставали на ноги и разбредались по острову. Силуэт тварей напоминал человеческий, но движения были неуверенными, словно существам непривычно находиться на суше. Твари карабкались на остров со всех сторон, брели, спотыкаясь, по камням. Я попытался сосчитать их, но на второй сотне бросил эту затею. Когда поток пришельцев наконец иссяк, их собралось не меньше двух тысяч.
Вскоре существа заметили корабль и двинулись в нашу сторону.
Гости из моря подошли ближе, и я смог разглядеть их в подробностях. Существа были ростом со среднего человека, их тела покрывала синяя чешуя, на спине и руках топорщились плавники, пальцы соединялись перепонками. Жутче всего выглядела голова: без ушей, на шее жабры, рот безгубый, с двумя рядами мелких острых зубов. Рыбьи, без век, влажные глаза смотрели равнодушно-холодно и не выражали абсолютно ничего. У некоторых существ на голове торчали забавные гребни.
— Эльфы умеют говорить с рыбами? — спросила орка.
— Водные твари слишком тупы, чтобы с ними общаться, — ответил я. — Самое большее, что я могу, — привлечь их к себе простейшими импульсами.
— Мы все умрем? — тихо спросил Лис, глядя на странных существ.
— Вряд ли, — ответила Мара. — Я не чувствую угрозы со стороны этих рыбин.
— Значит, не сожрут, но изумруд могут попытаться умыкнуть, — прошипел Роману, подозрительно сузив глаза.
— Попробуешь поговорить с ними? — На очередной приступ паранойи у вора Мара не обратила никакого внимания.
Ничего не ответив, я закрыл глаза и, сосредоточившись, попробовал дотянуться до разума этих созданий, пытаясь привлечь их внимание. Отправил один энергетический импульс, второй… Но ничего не вышло. Я не уловил токов, которыми должны были ответить рыбы, — обычное проявление природных инстинктов. Разум существ был закрыт от меня. Это могло означать только одно.