— Кажется, мы увидим какое-то представление, — озвучил я свои мысли.
— И, судя по нашему месту, мы почетные гости, — согласно кивнула орка.
Пока мы разговаривали, на площадке собрались десять существ во главе с вождем. Встав по периметру, они застыли. Это были крупные самцы, у каждого на шее висела гирлянда ракушек. Затем в центр круга ступил старик, чешуя его была посеревшей от прожитых лет, спина сгорблена, гребень не торчал, а вяло лежал на голове. Шею и плечи старика украшали десятки рядов бус из мелкого жемчуга, закрывая его на манер кольчужного воротника. «Неужели шаман?» — подумал я, не решаясь нарушить воцарившуюся тишину.
Вскоре Атик коснулся горизонта, небо расцвело яркими красками заката. В тот же момент старик начал медленно поднимать руки. Самцы двинулись по кругу. Вода, отрываясь от поверхности моря, притягивалась к шаману и зависала в воздухе. Вскоре вокруг него образовался водяной столб высотой в несколько ярдов. Жители моря во главе с вождем двинулись быстрее, пританцовывая.
Из толпы раздались звуки, похожие на рокот волн: несколько существ затрубили в большие раковины. Повинуясь хлопку шамана, водный столб распался на множество маленьких шаров, которые взлетели над головами танцующих. Постепенно ускоряясь, они заплясали в воздухе. Старик взмахнул рукой, и шары заискрились всеми цветами радуги.
Все жители моря запели, точнее, подхватили звук, стали тянуть его на одной ноте — сначала тихо, но постепенно их голоса становились все громче. Одновременно с этим убыстрялись движения танцоров и мелькание водных шаров. Апогея звук и пляска достигли, когда Атик на мгновение застыл, перед тем как скрыться за горизонтом.
Краски заката померкли, стемнело, и на смену дневному светилу пришла полная Тиль. В тот же миг все стихло, танцующие замерли, магия шамана перестала действовать, и вода пролилась на головы детей моря. Это было поистине красиво — танец, пение и чары старика пленяли своей дикостью, первозданностью. Мне показалось, что ритуал этот очень древний, а морские жители существуют в Вирле столько, сколько существует сам океан.
— Что это была за магия? — спросила орка.
— Стихийная, но какая-то очень старая, первородная. А еще шаман искажал вокруг воды пространство, преломляя свет. Потому шары так удивительно светились. Но делать все это одновременно очень сложно, нужен огромный опыт. Я бы смог исполнить такой фокус только с парой шариков, но никак не с многими десятками.
К нам подошел усталый вождь. Я жестами попытался объяснить, что увиденное нас впечатлило. Кажется, это удалось, потому что вождь растянул рот в подобии улыбки и махнул рукой, предлагая снова следовать за ним. Видимо, это был еще не конец праздника. На этот раз впереди процессии шел шаман, которого с обеих сторон поддерживали молодые жители моря.
— И сколько мы тут пробудем? — подал голос Роману. — Корабль-то застрял в камнях.
— Я могу ошибаться, но… — начал я. — Мара, сегодня первая ночь полной Тиль?
— Да, — подтвердила орка, взглянув на небо.
— Возможно, остров поднимается, когда наступает время полной Тиль — раз в три месяца, на четыре дня и ночи. Наверное, это считается праздником у морских обитателей. По крайней мере, будем на это надеяться. Иначе придется искать какой-нибудь способ спустить корабль на воду.
Вместе с жителями моря мы направились прямиком к скале в центре острова. У ее подножия перед нами открылся вход в пещеру. Первым вошел шаман с помощниками, затем вождь, мы и еще четверо существ, сжимавших в руках трезубцы. Двое встали по бокам от входа, как стража. Первый зал пещеры оказался довольно просторным. Посередине лежал плоский камень, напоминавший стол. Через отверстия высоко в потолке просачивался жемчужный свет Тиль. Здесь мы не задержались и сразу прошли в следующий зал, оставив позади еще двух детей моря, вставших на страже.
Вторая пещера оказалась в несколько раз больше. Здесь царил мрак, который не могли разогнать редкие лучи, падавшие сквозь проломы в потолке. Шаман создал несколько водяных шариков и отправил их вверх, проделав тот же трюк с преломлением пространства. Всю пещеру залил отраженный свет Тиль. Посреди зала возвышался огромный, выточенный из камня трон, созданный для истинного гиганта: чтобы сидеть на нем, надо было раза в три превосходить ростом Мару. От трона веяло древностью и магической силой. Но это были спящие чары, вряд ли их уже могло что-то разбудить.