— Наденьте это на руки, — произнес Фердинанд, доставая из кармана кожаную тесьму и перетягивая себе запястье. — Вот таким образом. Это обереги.
Он раздал каждому по тесемке, подождал, пока мы их повяжем. Только леди Флориана буркнула:
— Спасибо, мне не надо. Ты в своем уме, Ферди? С каких пор на скелетов действует яд?
— Яд… — с опаской повторил Ал. — У них там что, змеиная ферма?..
Если бы змеиная… я уже догадалась, о какой ферме идет речь. Честно сказать, заходить не хотелось. Но зомби по знаку герцога распахнули дверь и отпрянули в стороны.
Внутри было влажно и жарко. Едва уловимо пахло тленом. Вдоль стен росли деревья и кусты. А вокруг раздавался тихий звук — он шел отовсюду, этот шорох тысяч лап…
— Ну покажитесь нам, красавцы! — с гордостью воскликнул Фердинанд.
И они показались. Выползали из-за деревьев, выбирались из лежавших под кустами раздутых трупов, которые служили им источником корма, спускались по стенам, бежали по потолку. Большие, взрослые, и крохотные, недавно вылупившиеся. Но все одинаково уродливые и омерзительные. Лицо Ала выразило искренне отвращение. Друг побледнел, зябко передернул плечами, словно нервная девица. Я его понимала. Сама мечтала оказаться в сотне лиг от этого места.
— Дорогой юноша, — торжественно обратился к Алу герцог, — вы оказались на Мертвом острове не по своей воле, и мы очень сожалеем об этом. Но что сделано — то сделано. Разумеется, мы компенсируем вам затраты времени и сил золотом. Но позвольте еще сделать небольшой подарок. От всей темной некромантской души, так сказать…
Он наклонился, выбрал одного из пауков-трупоедов и протянул его Алу:
— Вот, взгляните, какой великолепный экземпляр. Он станет вашим другом и домашним любимцем.
Глава 6
Лэй
Моему рассказу об истинном значении Дикого архипелага орка не сильно удивилась. Новость о том, что острова — дома богов и колыбель цивилизации, не стала для нее такой ошеломляющей, как для меня. Я долго не мог прийти в себя, снова и снова переживая удивительное открытие, а зеленую, как оказалось, мало волнует, кто есть боги и откуда появились разумные расы. История не имела для Мары практического значения, а потому была неинтересна в принципе. Я попытался втолковать ей, насколько это поразительное открытие, но орка только кивала в знак согласия и терпеливо ждала, когда поток моих слов иссякнет. В конце концов я плюнул на эту затею — главное, донес до упрямой воительницы, каким должен быть наш следующий шаг.
Мара в свою очередь рассказала мне об экспериментах, в которых принимала участие, и о том, чем на самом деле может являться Степной изумруд. Это известие меня немного взволновало. Я с самого начала подозревал, что камень не так прост, но не думал, что он действительно может быть даром бога. А чьим именно? Я бы мог что-то понять, изучив изумруд поближе, но вор бы меня и близко не подпустил к своей драгоценности. Камень сильно повлиял на характер Лиса, и теперь не было сомнений в существовании проклятия Степного изумруда. Правда, как выяснилось, все обстояло гораздо хуже, чем я думал: проклятие, наложенное обычным магом, даже самое мощное, можно развеять. С силой бога, даже крошечной ее крупицей, тягаться невозможно — она имеет совсем другое происхождение и структуру.
Самое главное, все могло стать еще хуже. Несчастья, что приносил изумруд, валились на Роману, но задевали и нас, когда мы были рядом. Следовало что-нибудь предпринять, иначе камень мог стать серьезной помехой нашему делу, а вора свести в могилу.
Для себя я решил: как только подвернется возможность, избавлюсь от опасной драгоценности.
На острове некромантов мы пробыли еще три дня. Нам не удалось отказаться от праздника, который продавшиеся решили устроить в нашу честь.
Все то время, что некроманты готовились к торжеству, мы были предоставлены сами себе. Вор продолжал сидеть в комнате, прячась от воображаемых врагов. Мара вдруг решила, что мало времени уделяет тренировкам, и вместе с Алом принялась усердно восполнять этот пробел. Они предпочитали заниматься на свежем воздухе, и мы мало виделись за эти три дня.
Я же проводил время в свое удовольствие. В основном сидел в библиотеке, перебирая древние фолианты, читая уникальные книги по магии или истории Вирла. Когда глаза уставали, отправлялся в оранжерею любоваться пышными цветами. Разок попытался пройтись по прилегающей к замку территории, но вид мрачной живности острова быстро нагнал на меня смертную тоску. Звери слишком сильно прониклись окружающей атмосферой и, казалось, жили одним лишь ожиданием гибели.