— Кто это? — хриплым шепотом спросил Роману.
— Феи, наверное, — ответил Лэй. — Феи, фейри… какая разница?
— Какие красивые, — завороженно пробормотал вор.
Эльф поддержал его неразборчивым бормотанием.
Я еще немного подождала, надеясь, что в их головах все же возобладает здравый смысл. Но не дождалась и сердито спросила:
— А вам ничего не кажется странным? Я одна это замечаю?
Странность заключалась не в откровенных одеждах, не в птичьих голосах и даже не в сверкающих крыльях. Девушки были… полупрозрачными. Если присмотреться, сквозь них можно было разглядеть очертания деревьев. К тому же существа двигались так легко, словно их тела ничего не весили.
Лэй первым сбросил наваждение:
— Призраки? Непохоже… те не могут вступать в контакт с физическими предметами. А девчонки вон какие брызги подняли. Да и цветы как-то рвут.
— Может, духи? — предположила я. — Духи острова, например.
— Вы о чем вообще? — недоуменно спросил Роману. — Мара, я понимаю, зависть, все такое… но зачем же таких милых девушек обзывать призраками и духами?
— Видимо, люди не замечают эфемерности этих существ, — сказал ушастик. — Или дело в том, что Лис неспособен чувствовать магию. Нет, Мара, вряд ли это духи. Те невидимы, совершенно бестелесны, а если являются смертным, то в виде тумана или дымки. Я остановился бы на феях. Самые подходящие жрицы для богини любви.
От этих нежных существ не исходило никакой угрозы, но мне почему-то стало тревожно за моряков. Я предложила:
— Пойдемте обратно.
Лэй кивнул. Лис собрался было протестовать, но передумал. Мы отступили от кустов, однако поздно.
— Приветствую вас, гости! — прощебетали сверху.
Задрав головы, мы увидели фею, которая безмятежно парила в воздухе.
— Сестры, сестры! Летите сюда! — пропела она, и вскоре вокруг нас закружились все четыре девушки.
— Вблизи они еще прекраснее, — сказал ушастик.
Но голос друга звучал бесстрастно. Лэй просто отметил очевидный факт. А вот Роману явно был очарован феями. Особенно одной — смуглой, темноволосой, с глазами синими, как васильки.
Язык, на котором щебетали девушки, не был нам знаком. Но мы странным образом понимали все, что они говорили. Смысл слов как будто сразу проникал в сознание.
Феи, кажется, очень обрадовались нашему появлению.
— Странники, странники, милые странники, — выпевали они птичьими голосами. — Ступайте к нам, милые странники, присядьте на мягкий мох, отдохните в тени деревьев…
Они плясали в воздухе, манили, зазывали нас в уютные гроты. Лис как зачарованный двинулся за ними. Мы с Лэем переглянулись и отправились следом. Надо же было понять, что за существа встретились нам на пути.
Феи вели себя вполне благопристойно. Они действительно усадили нас на теплые камни возле озера и вручили по букету лесных цветов. У белокурой девушки вдруг оказался в руках музыкальный инструмент, похожий на маленькую арфу. Она ударила по струнам, извлекая из них нежную мелодию, остальные феи взлетели и понеслись в причудливом танце над водной гладью, сплетаясь, как тени, извиваясь, как язычки пламени.
— Красиво, — холодно процедил эльф.
— Восхитительно… — шептал вор, не сводя горящего взгляда с черноволосой девушки, — сказочно, невозможно…
Танец кончился, феи уселись на камнях, завели протяжную песню. Роману, открыв рот, внимал их птичьим трелям, а Лэй, кажется, начинал скучать и злиться.
— Закончится когда-нибудь этот концерт фейского народного творчества? — пробормотал он, когда смуглянка взяла особенно высокую ноту.
— Они просто хотят быть гостеприимными, — заступилась я за прозрачных девушек.
Ушастик покачал головой:
— Не нравится мне все это. Напоминает старые эльфийские сказки о фейри. Те тоже заманивают путников, а потом похищают и пожирают их плоть.
— Да ты посмотри на них! — рассмеялась я. — Они сами-то почти бесплотные, куда им кого-то пожирать.
— А фейри вообще крошечные, — уперся Лэй. — Но это не мешает им обгладывать путников до костей.
Хоть я старалась не поддаваться приступу подозрительности, охватившему Лэя, на душе становилось все тяжелее. Что-то действительно было не так.
— Ладно, хватит. — Эльф решительно поднялся. — Спасибо за представление, уважаемые хозяйки. Нам пора.
— Куда же, куда вы, милые странники? — всполошились феи. — Останьтесь…
Они подплыли к нам, принялись виться вокруг, нашептывая ласковые речи, упрашивая остаться. Одна из девушек дотронулась рукой до моего лица. Это прикосновение было легким как пушинка, почти неосязаемым, но почему-то мне стало неприятно. Я отмахнулась от сущности, как от навязчивого комара, — невесомая феечка отлетела ярдов на тридцать и больше не рискнула ко мне приблизиться.