Я осторожно подошла к двери и открыла ее ровно настолько, чтобы увидеть в проеме слабый свет. Я прислушалась, но все было тихо. Ни какого-то движения, вообще ни звука. Я открыла дверь и заглянула в нее.
– Эй! Кто-нибудь дома?
Войдя внутрь, я замерла: посредине комнаты, выглядевшей большой кухней, лежало человеческое тело. Первой моей реакцией стали смятение и ужас. Это оказался Вульф, и он был связан. Тело его неестественно выгнулось назад, руки и ноги скованы одной цепью, от которой шла веревка, накинутая ему на шею. Глаза у Вульфа были завязаны, а рот заклеен широкой лентой. А еще мне показалось, что от него шли провода к бомбе, привязанной цепью к массивному столу.
Я ринулась к Вульфу и первым делом сняла повязку с его глаз и ленту с губ.
– Не прикасайся ко мне, – тут же сказал он. – Если я пошевелюсь, бомба взорвется.
– К ней подсоединен цифровой таймер, – сообщила я. – Похоже, бомба установлена на взрыв по времени.
– И сколько у меня этого времени?
– Почти пять минут.
– Уходи. Выбирайся из здания.
– А что будет, если я просто оборву с тебя эти проволочки?
– Если ты сделаешь это в правильной последовательности, то сможешь обезвредить бомбу или по крайней мере освободить меня от нее. Но если последовательность будет ошибочной, произойдет взрыв.
– А какая последовательность правильная?
– Это знает только Анархия. Но она такая сумасшедшая, что может даже не помнить этого. Так что тебе нужно уходить прямо сейчас.
Я посмотрела на цифровой дисплей, неумолимо отсчитывавший секунды, и почувствовала, как кожу на голове начали покалывать невидимые иголочки.
– Проволочки разного цвета. Тебе эта кодировка что-нибудь говорит?
– Нет.
Проклятье! Я поморгала, чтобы прогнать слезы. Посмотрела на открытую дверь, потом опять на Вульфа.
– Действительно хреново, – сообщила я ему.
– Все нормально, – успокоил он. – Тебе просто нужно выбраться отсюда и отойти от здания как можно дальше.
– Я этого сделать не могу.
Проводов было два. Красный и зеленый. Я сбегала к кухонной стойке, нашла там ножницы и бегом вернулась назад.
Наклоняясь с ножницами к Вульфу и его проводам, я чувствовала, как пот собирается в небольшую лужицу между грудью, как катится по моим щекам. Время уплывало. Я должна была принять решение. Плотно сжав губы, чтобы не разрыдаться, я прочитала короткую молитву и перебросила сумочку за спину, чтобы она мне не мешала.
– Сейчас, – сказала я. – Начнем с зеленого. Я режу сначала зеленый.
Я затаила дыхание и перерезала провод. Взрыва не последовало. Сердце рвалось у меня из груди, из носа неудержимо потекло. Несколько капель пота упали на Вульфа.
– Извини, – сказала я. – Я действительно сильно перепугалась.
У меня оставалось еще две минуты, и я изо всех сил старалась заставить руки перестать трястись. Я перерезала красный провод. Теперь Вульф был полностью отсоединен от бомбы, но таймер продолжал тикать.
Я перерезала веревку на шее Вульфа и, отбросив ножницы в сторону, схватилась за цепь и потянула его к выходу.
– Ничего себе, – сказала я, упираясь всем телом. – Сколько же ты весишь?
В конце концов мне удалось добраться до двери. Еще один последний рывок – и мы вывалились на улицу. Я принялась кричать, звать на помощь, и к нам подскочил Дизель.
– Бомба! – выдохнула я. – Потащили его отсюда!
Дизель с Хэтчетом подхватили Вульфа под руки. Мы успели пробежать метров пятнадцать, когда в здании прогремел взрыв, и мы повалились на землю. Задняя дверь и кухонный вентилятор взмыли в воздух, словно ракеты. Изнутри валил дым, виднелись языки пламени, но снаружи гробница выглядела целой и невредимой.
Дизель открыл замок на цепи, и Вульф повалился на спину. Он лежал распростертый, вытянувшись на земле, и тяжело дышал. Дав ему прийти в себя, мы все вместе двинулись подальше от Сфинкса. Со всех сторон сюда сбегались люди, а на улице слышался вой сирен «скорой помощи» и полицейских машин.
– Что произошло? – спросил Дизель у Вульфа.
– По-видимому, разговоры о том, что нам нельзя иметь дело с себе подобными, оказались правдой. Я познакомился с женщиной, которая не позаботилась о том, чтобы рассказать мне о своих способностях. А теперь, с ходом времени, она становится все более и более могущественной, перетянув к себе мою силу и очень немногое оставив мне самому. В общем, я потерпел поражение в своей последней попытке остановить ее.