Сопровождающий нас дарх остановился, не доехав пару метров до овальной площади, в конце которой возвышался величественный и в тоже время невесомый дворец. Он как будто весь был сплетен из ажурных узоров. Белый мрамор не утяжелял конструкцию, а наоборот делал ее более изящной. И тут боковым зрением уловила не соответствие композиции. Слева подпирала дворец многоярусная «небесная» башня. Сложенная из черного камня, как и ее близнецы, встреченные мной ранее, она портила весь ансамбль. Я скривилась: — «Какой идиот додумался построить ее возле дворца?» Хотя, вспомнив рассказ Хаято о башнях, могло быть и наоборот. Эти мысли немного отвлекли от ощущения надвигающейся беды.
Муж тут же спешился и, передав уздечку подбежавшему мальчугану, помог мне. Повернувшись к дарху, генерал ровным голосом сказал что-то на местном языке. В интонации звучал металл. Тот побледнел, но выражение лица осталось бесстрастным. Молча поклонившись, дарх повернул ящера и незаметно растворился в ближайших зарослях. Я удивленно заморгала. Посмотрела еще раз, на то место где скрылся всадник. Его как небывало. Перевела изумленный взгляд на Хаято. Он, улыбнувшись, просветил:
— Асаши из личной охраны царя Павахтелмаха. Они славятся искусной маскировкой и боевыми навыками. Идем.
Взяв меня за руку, он стремительно зашагал к площади. Беспрепятственно мы пересекли и ее. А возле лестницы нас встретил неказистый старик с продолговатым лицом. Маленькие глазки беспрестанно бегали, а некрасивый рот исказила подобострастная улыбка. В руках он держал что-то на подобии четок с мелкими черными камнями. Длинные паучьи пальцы, быстро не переставая ни на секунду, перебирали их. Скользнув по мне равнодушным взглядом и удивленным по Волчику, он обратился к мужу:
— Вархан продлит ваш-ши дни Великий Аши-Тешуб. Наш-ш повелитель ждет вас-с одного. Ваш-ш спутник не может-с пройти дальше ступеней.
— Она моя жена, — веско произнес Хаято, подняв мою руку показывая браслет, а затем уничижительно добавил, — думаю, ваш повелитель будет крайне удивлен, узнав, как не почтительно отнеслись слуги к его гостям.
Старик засуетился и бухнулся на колени, чем вызвал мой испуганный вскрик. Хаято успокаивающе сжал мою руку. А слуга взмолился:
— Великий Аши-Тешуб не гневись я всего лишь-с маленький человек и следую традициям.
— Встань. Твой повелитель любимец богов раз имеет столь преданных слуг.
Старый слуга поднялся и еще раз, низко поклонившись, поспешил наверх. Он вел нас по просторным залам с ажурными сводами, круглыми бассейнами, и фонтанами, украшенными причудливыми зверями в основном ящерами разных видов. Затем мы блуждали по лабиринту узких коридоров. Наконец старик остановился возле двухстворчатой резной двери. Открыв ее, он впустил нас внутрь.
— Ваши покои-с. Отдыхайте-с. Я доложу-с о вашем-с прибытие нашему повелителю.
Комната поражала размерами и роскошной обстановкой. Из нее вели несколько арочных дверей. Хаято не сбавляя шаг, направился к одной из них. Мы с ликархонтом последовали за ним. Я остановилась в дверях. Нервно теребя уши Волчика, который уселся возле ног и, бросая неуверенные взгляды в сторону мужа который неторопливо раздевался я не выдержав, спросила:
— Почему люди в городе боятся тебя?
— Заметила? Жаль, — протянул он и, обернувшись ко мне, сухо продолжил, — они считают меня предвестником войны.
— Не поняла.
Он неспешно подошел и стал медленно развязывать мой плащ, не прерывая контакта глаз.
— Я в третий раз посещаю этот город. И как — то так получилось, что с каждым моим приездом происходят крупные стычки с соседними кочевниками. Поэтому они и опасаются моих визитов.
— Значит, до твоего приезда у них не происходят военные конфликты?
— Не скажу, что они ведут спокойный образ жизни, случаются набеги с обеих сторон. Но более жестокие и кровопролитные были, как раз связаны с моим приездом.
Он, наконец, развязал плащ и, сняв его, отбросил в угол. Затем принялся, также медленно развязывать тесемки рубахи. Не замечая его действий, я лихорадочно обдумывала услышанное и высказала вслух свои сомнения:
— Но каким образом ты виноват в этих стычках? Или…, - но мне не дали договорить, мягко оборвав мои мысли, он иронично протянул, — Юлия ты не внимательна. На месте твоих преподавателей я бы не доверил тебе учить детей. Вспомни, что я рассказывал тебе о туатах и тир-ши.